Если рассматривать организм на клеточном уровне, его структурной единицей...
![В норме у человека не встречаются хромосомы](https://i1.wp.com/fb.ru/misc/i/gallery/39627/1366156.jpg)
Военно-промышленный комплекс (сокращенно ВПК) – это часть промышленности государства, которая занимается производством военной техники и направленна на НИОКР в оборонном секторе. Становление ВПК происходило во второй половине XX в. Основными предпосылками его формирования являлись рост масштабов военных действий и расширение вооруженных сил.
На тот период лучшие результаты демонстрировали ВПК Советского Союза, Америки, Великобритании, Италии и Организаций Варшавского договора (ОВД).
В связи с переходом от сражений к мирному политическому диалогу между враждующими сторонами, а затем расколом СССР и ОВД, количество выпускаемого оружия и вооруженных сил сократились практически в три раза. Так, с 90х годов ВПК России закрепился на достаточном уровне для безопасности государства в целом, заметных падений и взлетов не отмечалось. В начале 2000 года в его состав входили более двух тысяч предприятий, однако не было точного понимания что такое ВПК. Сегодня в состав управляющей комиссии входит 18 человек во главе с Президентом Российской Федерации — Путиным В.В. Кроме того, при комиссии функционируют научно-технический совет ВПК (лидер - Михайлов Ю.М.) и коллегия ВПК (глава — Рогозин Д. О, управляющий аппаратом коллегии - Боровков И. В.).
Отличительные особенности ВПК:
Уровень развития военно-промышленного комплекса России играет ключевую роль в поддержании безопасности всей страны, во многом отвечает за техническое перевооружение основных сегментов экономики (медицина, транспорт, образование, топливно-энергетический комплекс (ТЭК), социальное обеспечение и др.), выступает признаком политической устойчивости.
К военно-промышленному комплексу относятся предприятия, которые занимаются изготовлением и разработкой необходимой техники для успешной атаки, боеприпасов, огнестрельного и химического оружия.
Местоположение предприятия определяется на основе следующих факторов:
Главный принцип - безопасность размещения производящего предприятия ВПК, учитывая время полета иностранных ракет и авиации, поэтому предприятия и главные центры располагаются в отдаленных районах России (Сибирь или Урал).
Всего в состав комплекса включается более тысячи предприятий по всей России, каждое из которых отличается особой секретностью. К ВПК относят заводы, научно-исследовательские центры, конструкторские бюро и испытательные полигоны.
На 2018 год в структуру ВПК России входят пять государственных агентов:
Каждое из функционирующих агентств включено в состав правительства и курирует оборонные отрасли.
После нескольких лет совершенствования и реструктуризации производственного процесса Россия начала демонстрировать положительные результаты и принимать активное участие во внедрении инновационных проектов. Обновление ВПК РФ проходит на базе крупнейшей корпорации государства в области изготовления и реализации военной техники и оружия — Ростеха. Сегодня корпорация включает более 660 мелких предприятий по всей Российской Федерации, в которых заняты почти полмиллиона человек. Большинство политических обозревателей расценивают такой поступок как копирование индустриальной модели развития СССР. Если проанализировать более углубленно, то можно проследить, что Российское правительство придерживается смешанной позиции - централизованный вид планирования и становление рыночных отношений. После того, как Ростех вошел в топ-10 крупнейших предприятий в мире, глава службы коммуникации Бровко В. с уверенностью заявил, что в планах к 2035 год крепко закрепится на пятой позиции. Помимо этого, госкорпорация нацелена на более тесное партнерство со странами Латинской Америки (сегодня 16% экспорта приходится именно в этот регион).
Восстановление российского ВПК основывается на опыте 90-х. Основная цель комплекса состоит в достижении независимости от импорта. Для этого компании Ростеха зависят друг от друга за счет расширения производства.
Не секрет, что экономикой США владеют акулы бизнеса. В связи с этим возникает вопрос: почему в Штатах так много денег инвертируется в ВПК? Экономическая ситуация оставляет желать лучшего, так как государственный долг растет в геометрической прогрессии. Как известно, военная промышленность не приносит доходов, а из-за расходов на ее содержание остается меньше средств на развитие инфраструктуры, образования и других сегментов экономики. Стоит упомянуть, что ВПК США — наиболее крупный работодатель в мире (более 3‐х миллионов сотрудников). В свою очередь основная проблема ВПК России — система ценообразования не стимулирует сотрудников предприятия к увеличению производительности. Эффективность производства невыгодно повышать, так как большая часть прибыли идет в государственный бюджет, поэтому нормирование и регулирование средних зарплат не приносит ожидаемых результатов.
Военно-промышленный комплекс способствует развитию многих отраслей промышленности (авиационной, электронной, космической, научной и даже банковского сектора). В России активно интегрируют фундаментальное и практическое направление инноваций в рамках эффективной деятельности военных организаций. За счет этого ВПК полноценно функционирует и успешно развивается. Помимо этого, прилагаются усилия, чтобы ВПК выпускало идеальную продукцию, которая оправдывает инвестиционные ожидания. Очевидно, что при такой сложившейся ситуации ВПК перспектива на прекрасное будущее и успешное настоящее несомненно существует. Правительство непрерывно проводит реорганизацией работы для того, чтобы оборонные предприятия могли максимально качественно и эффективно функционировать.
Если у вас возникли вопросы - оставляйте их в комментариях под статьей. Мы или наши посетители с радостью ответим на них
Военно-промышленный комплекс СССР развивался по концепции преференциального финансирования 70 лет (условно 1917-1987 гг.), в нем были сконцентрированы лучшие кадры ученых, инженеров, конструкторов, техников, рабочих; создавались новейшие технологии и производились новые виды В и ВТ; разрабатывались и применялись новые виды материалов, энергии, и в последние десятилетия компьютерные и информационные технологии. Постепенно все хозяйство страны было пронизано заказами военно-промышленного комплекса и жило его нуждами, а гражданская финансировалась фактически по остаточному принципу. Следует особо отметить, что модернизация ВПК СССР происходила непрерывно, систематически, с монотонно повышающимися объемами инвестиций и других затрат. Эти условия дали свой результат: постепенно ВПК составил каркас хозяйства страны, и уже трудно было найти гражданскую отрасль промышленности, сельского хозяйства, строительства, которая не имела бы хотя бы небольшой оборонный заказ.
Следует различать два последствия такого положения. С одной стороны происходила милитаризация всей экономики, с другой - высокие требования военно-промышленного комплекса к качеству, техническому уровню, новизне военного заказа заставляли не только отрасли военной промышленности, но и отрасли гражданской экономики повышать свой технологический уровень. Широкая материально-техническая база комплекса непрерывно изменялась в лучшую сторону, неизменной оставалась лишь система управления им: министерства, главки, ГУП"ы (государственные унитарные предприятия), в которых государственная собственность была передана в управление директору, назначаемому в высших административных структурах.
Начиная с 1991 г., т.е. уже 20 лет, идет непрерывный поиск новых форм управления военно-промышленного комплекса. Вначале был создан Комитет по промышленности, которому передали управленческий аппарат восьми оборонных Министерств; затем их передали Минпромэнергии, где они были преобразованы в департаменты; затем возникла идея воссоздать их в виде самостоятельных агентств; потом в виде финансово-промышленных групп, и наконец - в форме госкорпораций. Однако в процессе этих поисков эффективной системы управления военно-промышленного комплекса были забыты задачи систематической, ежегодной модернизации технологической, институциональной и кадровой базы предприятий. Поскольку за 20 лет государство сделало чрезвычайно мало, а частный бизнес туда практически не допущен, этот потенциально самый высокотехнологичный сектор нашей экономики потерял значение как важнейший двигатель преобразования гражданской отечественной промышленности и диверсификации всего хозяйства.
Главное противоречие сегодняшней ситуации заключается в том, что костяк ОПК составляют ФГУП"ы и ГУП"ы, построенные на советских принципах управления, не вписывающиеся в открытую рыночную конкурентную среду. Поскольку государственное финансирование ГУПов было небольшим, каждый из них начал выживать в одиночку. Одни стали продавать свою продукцию за рубеж, другие, обладая огромными незагруженными производственными площадями, необходимой инфраструктурой, стали сдавать государственную собственность в субаренду. Известно, что во многих случаях на площадях оборонных ГУПов производилась контрафактная продукция. Поэтому, когда в связи с созданием госкорпораций встал вопрос о преобразовании ГУПов в акционерные общества, началось серьезное сопротивление реформе изнутри. Институциональная и управленческая модернизация оказались для ВПК самыми тяжелыми.
Особо следует отметить, что коллективы многих ГУПов не просили для себя чего-то невероятного: зарплату и обычный социальный пакет. Когда эти минимальные требования не были выполнены, впервые в российской истории начался отток кадров из ВПК, что сейчас, когда забрезжил свет в конце тоннеля, стало особенно очевидным. Конечно, в таких невероятно тяжелых условиях, когда высшие власти могли только назначить директора, но денег для финансирования предприятий ВПК у них не было, никто не думал о технологической модернизации. Задача была простая: выжить. Но в своем большинстве выжившие предприятия ВПК не воспринимают новые стратегические задачи, которые к тому же носят противоречивый характер. С одной стороны в вооруженные силы двадцать лет не поставлялись новые В и ВТ, поэтому задача перевооружить армию по новой, современной технической основе, остается первоочередной. Такие задачи поставлены и они реально означают крен ВПК в сторону военной составляющей его дальнейшего развития. С другой стороны высшие власти говорят о том, что главная стратегическая задача ВПК - перестроится в ОПК и имеющийся потенциал использовать для качественно нового роста гражданских отраслей промышленности (в первую очередь высокотехнологичного машиностроения). Другими словами, в рамках ВПК необходимо ускоренными темпами по сравнению с оборонной продукцией выпускать гражданскую продукцию. Две прямо противоположные задачи решить весьма сложно.
Непрерывные реорганизации, усложняющие проведение долгосрочной военно-промышленной политики привели к серьезному ослаблению централизованного управления развитием российской оборонной промышленности, Это выразилось, например, в невыполнении двух программ перевооружения армии и развития оборонной промышленности РФ 1996-2005 гг. и 2002-2006 гг. По оценкам Министерства Обороны РФ, расходы на поставку военного оборудования и научно- исследовательские работы за 1996-2005 гг. составили 23% от планировавшихся, а недофинансирование за 2002-2005 гг. по военным статьям - 5,5-5,9 млрд. долл. В эти годы было остановлено финансирование разработки многих новейших видов вооружений.
Как известно, с начала 1990-х годов наблюдалось неуклонное падение объема товарной продукции ОПК России вплоть по 1998 г. Несмотря на рост ОПК РФ с 1999 г., объемы производства продукции, согласно расчетам, еще не достигли уровня 1992 года.
Одна из важнейших причин этих явлений на макроэкономическом уровне заключалась в серьезном недофинансировании ОПК. Например, только по ракетно- космической промышленности за 1989-1997 гг. произошло более чем пятикратное снижение объемов финансирования. Падение государственного финансирования ОПК не компенсировалось адекватно частным бизнесом.
Особое место в 1990-е годы занимает период так называемой «обвальной конверсии» (1992-1994 гг.). Объем ИР, выполненных собственными силами научных организаций ОПК, упал в этот период на 41%.
В рамках разработанной в России государственной программы конверсии в этот процесс было вовлечено более 460 промышленных предприятий и около 200 научно-исследовательских и опытно-конструкторских организаций. В 1992 г. бюджетные ассигнований на закупку вооружений и военной техники были уменьшены сразу на 68%. Объем таких заказов сократился почти на 45%, экспорт систем вооружения - более чем в 2,5 раза. По мнению ряда российских экспертов, все попытки централизованного решения вопросов финансовой поддержки конверсионных программ правительством России фактически были обречены на провал именно из-за масштабности процесса конверсии и ограниченности финансовых возможностей.
В результате общего сокращения объемов производства ОПК, несовершенства механизма передачи технологий и результатов исследований и разработок в другие отрасли произошло падение спроса на результаты ИР. К сожалению, это падение спроса на результаты ИР со стороны военного ведомства не было компенсировано расширением такого же спроса со стороны гражданских организаций, что способствовало резкому снижению научно-технического потенциала ОПК.
Спрос на научно-технические знания и инновации резко упал. Финансирование науки уменьшилось в десятки раз; количество научных сотрудников сократилось более чем на половину (без учета скрытой безработицы); научная проблематика уменьшилась более чем в четыре раза; практически не закладывались новые экспериментальные установки. Существовавшая инфраструктура НИС и механизм создания и материализации научно-технических достижений был серьезно деформирован.
По оценкам экспертов, несмотря на рост ассигнований на закупки вооружений и военной техники (ВиВТ) и повышение объемов российского экспорта вооружений и военной техники в 2000-е годы, ОПК РФ продолжает испытывать серьезные негативные последствия от временного провала в разработках новых систем оружия, который наблюдался в 1990-е годы.
С началом нового десятилетия позитивные изменения постепенно набирают силу, однако в целом процесс реструктуризации сектора высоких технологий идет слишком медленно. Основу оборонных технологий ОПК на середину текущего десятилетия составляли разработки, которые появились до 1993 г. При этом лишь ¼ отечественных критически важных технологий была близка к мировому уровню, еще 30% оценивались как удовлетворительные, позволяющие достигнуть мирового уровня в течение 5-7 лет (то-есть, к 2010-2012 гг.).
Что касается отраслевого разреза, то следует отметить высокие темпы прироста объемов производства в авиационно-ракетно-космическом комплексе, в промышленности средств связи
За 2006 год произошло существенное увеличение производства военной продукции - на 8,4 % (рост производства гражданской лишь на 4,2 %). По сути, впервые с начала 1990-х годов рост производства военной продукции стал опережать рост производства продукции гражданского назначения. Однако, в целом, ситуацию следует характеризовать как неустойчивый рост, в том числе в отраслевой структуре.
В связи с передачей в 2008 г. «ГК Ростехнологии» более 400 активов ВПК была предпринята их тщательная ревизия, результаты которой дали неутешительные результаты. В соответствии с докладом Гендиректора ГК «Ростехнологии» С. Чемезова в Госдуме 25 февраля 2009 г., основные производственные фонды предприятий, входящих в госкорпорацию изношены на 70%; темпы обновления оборудования составляют около 3-4% в год; только 15% применяемых технологий соответствует мировому уровню; практически не поставлена на учтет и не защищена интеллектуальная собственность; треть предприятий находится в предбанкротном состоянии; растет кредиторская задолженность.
В совокупности, перечисленные выше (далеко не полные) обстоятельства значительно затрудняют процесс преодоления технологического разрыва России с Западом и создание конкурентоспособных очагов высоких технологий в российском ОПК, даже несмотря на рост финансовых вливаний. В 2009 г. бюджет МО РФ увеличился на 23,1% по сравнению с прошлым годом (несмотря на кризисные явления в национальной и мировой экономике).
За время реформ военно-промышленный комплекс, который насчитывает 1390 предприятий, существенно изменился с точки зрения структуры собственности: в 2007 г. государственная собственность составила 49,0%, АО с государственным участием 26,8%, АО без государственного участия 24,2%. При этом приватизация была наиболее интенсивной в промышленности: государственные унитарные предприятия здесь составляют 37,8%, АО с госучастием - 30,5%, АО без участия государства - 31,7%. Наиболее консервативной по отношению к рынку оказалась наука ВПК: госсобственность 59,4%, АО с госучастием - 24,3%, АО без госучастия - 16,3%. Эти данные заставляют задуматься над тем, как мотивировать военную науку заниматься не только В и ВТ, но и внести свой вклад в развитие высокотехнологичной гражданской экономики. Видимо, для решения этой задачи распоряжением Правительства в декабре 2009 г. образована Межведомственная рабочая группа по модернизации и инновационному развитию оборонно- промышленного комплекса во главе с С.Б.Ивановым.
Принимая во внимание незагруженность производственных мощностей в российском ОПК, а также его особое место в системе национального хозяйства (от 65% до 75%150 в области общенациональных научных разработок и до 30% валового производства в машиностроении), учитывая сохранившуюся опытно- конструкторскую базу, научные и конструкторские коллективы, следует согласиться с мнением ряда российских экспертов, что необходимо «создать экономические предпосылки для энергичной диверсификации предприятий», что может стать мощным фактором построения высокотехнологичной гражданской
Исторические предпосылки формирования военно-промышленного комплекса в России
ВПК в СССР появился фактически с начала индустриализации. Но можно считать, что индустриализация прежде всего и решала задачи создания ВПК. Поэтому Сталину некогда было ждать прохождения естественных фаз первоначального накопления, и он вопреки экономическим законам начал строительство промышленности с самых нижних ее этажей. Кроме того, к производству оружия всегда предъявляются требования, существенно отличные от производства гражданской продукции.
Оружие должно быть высоконадежным, эргономичным, а обучение пользованию им подразумевает не слишком высокий образовательный уровень солдат. Высокое качество труда в ВПК всегда поощрялось и поддерживалось высокой заработной платой и несравненно более высоким уровнем социального обслуживания.
По имеющимся оценкам, в конце эпохи перестройки продукция оборонного значения производилась в СССР на почти двух тысячах предприятий, на которых было занято 5 млн. человек (это 1/4 занятых тогда в промышленности), в том числе около 1 млн. человек представляли собой научные кадры. Если учесть членов семей, то непосредственно с ВПК было связано 12-15 млн. жителей страны.
Расходы на содержание армии (представляющей собой сектор непроизводственной сферы) и ВПК всегда ложились на плечи населения страны и в существенной степени снижали уровень его жизни. При этом оружие разрабатывалось и производилось не обязательно для целей непосредственного его применения в боевых действиях.
Человечество придумало достаточно слов, чтобы оправдать производство оружия. Самая, пожалуй, знакомая из всех этих концепций - Vis pacem, para bellum («Хочешь мира - готовься к войне») - известна уже несколько тысяч лет, т. е., оружие чаще всего выступает в качестве фактора сдерживания. И это, в общем-то, никем не отрицается.
Методической базой для развития ВПК и определения объемов и видов необходимых вооружений является военная доктрина. Это документ, разрабатываемый и обновляемый каждым государством, не объявившим себя нейтральным. В нем на основе анализа геополитической и международной обстановки определяются вероятные противники и союзники, цели и задачи обороны, а также методы и средства решения данных задач.
ВПК всегда ориентирован на производство максимально возможного количества оружия. В связи с этим СССР занялся вплотную выпуском и накоплением бронетанковой техники, тактической авиации, артиллерийских систем: подчас больше, чем все его потенциальные противники, вместе взятые. Отчасти это можно объяснить спецификой предполагавшегося театра военных действий, а также переоценкой эффективности тех или иных видов вооружений. Так, например, после Второй мировой войны танк считался основным и важнейшим инструментом решения тактических задач на сухопутном театре военных действий.
Но арабо-израильские войны и другие локальные конфликты последних лет со всей очевидностью показали, что это не совсем так.
Разработка оружия - весьма эффективный двигатель научно-технического прогресса.
Сейчас люди активно пользуются такими совершенными самолетами, кораблями, автомобилями, тракторами, средствами связи и вычислительной техники именно потому, что в свое время на их жалкие и неуклюжие прототипы обратили внимание военные специалисты.
Определение и отраслевая структура ВПК. Теперь попытаемся дать определение ВПК. ВПК - это совокупность предприятий и организаций различных отраслей хозяйства, прежде всего промышленности, науки и техники, обеспечивающих вооруженные силы страны необходимым оружием, боеприпасами, оборудованием и обмундированием, а также занимающихся продажей и экспортом этого вооружения, военной техники и другой продукции. В широком смысле ВПК включает также руководство вооруженными силами и связанную с ними часть государственно-административного аппарата и общественно-политических сил.
В состав военно-промышленного комплекса входят: научно-исследовательские организации, КБ (конструкторские бюро), испытательные лаборатории и полигоны, НПО (научно-производственные объединения) и производственные предприятия, организации, занимающиеся продажей продукции. ВПК концентрирует производство сложной продукции, в том числе и гражданского назначения. Этому способствует высокий технический уровень большинства предприятий ВПК. Здесь сосредоточены лучшая техника и высококвалифицированные кадры. ВПК в нашей стране имеет огромные масштабы, причиной тому являлась холодная война, которую вела наша страна с США с 1949 г., и непосредственно связанная с ней гонка вооружений. Отраслевая структура ВПК России представляет собой довольно сложное и многообразное явление. Она обычно рассматривается в следующем виде.
География ВПК. К моменту выхода Российской Федерации из состава Советского Союза на ее территории практически не имелось ни одной области и ни одного крупного города, где не были бы представлены те или иные звенья ВПК. И все же, в первом приближении, можно выделить основные черты отечественной географии этого комплекса. Научно-исследовательские, проектно-конструкторские, экспериментальные и верхние, в техническом отношении наиболее сложные и во многом наукоемкие, требующие высококвалифицированных кадров производства ВПК имеют ярко выраженную концентрацию в крупнейших городах-миллионерах и их спутниках. В первую очередь в этом отношении выделяются Москва с ее ближайшим окружением, а также Санкт-Петербург и Новосибирск. Другой специфической чертой для Советского Союза и России, как главной наследницы в области ВПК, является размещение его объектов в так называемых закрытых городах, долгое время числившихся под номерами и лишь в последние годы получивших официальные названия. В таких городах было легче обеспечивать необходимый режим секретности, а также организовывать более высокий, чем в среднем по стране, уровень социального обслуживания населения. Большое влияние на размещение всех звеньев ВПК оказывали географические особенности местности, стратегические и многие другие факторы, набор которых специфичен для каждой отрасли комплекса.
Так, например, размещение военного судостроения и строительства гидросамолетов обусловлено наличием определенных акваторий (Санкт-Петербург, Нижний Новгород, Комсомольск-на-Амуре, Северодвинск, Таганрог). Производство ядерного оружия стремились упрятать как можно дальше в глубь страны (Зеленогорск, Северск, Ангарск, Железногорск). Впрочем, строительство военной судоверфи в Комсомольске-на-Амуре преследовало примерно такую же цель, но скорректированную временем и обстановкой - нахождение предприятия вне радиуса действия японской бомбардировочной авиации. Размещение судостроения в Санкт-Петербурге традиционно обусловлено концентрацией там значительного научного потенциала. А строительство атомных подводных лодок в Северодвинске упрощает их перевод на важнейший - североморский - театр военных действий. Размещение производства, имеющее непосредственное отношение к артиллерии на Урале, а стрелкового оружия - в Туле, связано с традициями и огромным накопленным там опытом. Из двух имеющихся теперь в России космодромов один находится в Плесецке (ныне г. Мирный в малообжитом районе Архангельской области). Законспирированный полигон для испытаний ядерного оружия на территории практически необитаемого северного острова Новая Земля расположен на большом удалении от ближайших населенных пунктов. Наибольшая территориальная концентрация учреждений и производств ВПК наблюдается в Центральном экономическом районе, где лидирует Москва с ее ближайшими городами-спутниками, Поволжском, Уральском и Волго-Вятском экономических районах. По степени развития ВПК эти районы выделяются и в мировых масштабах. Так, например, в середине 80-х г. Поволжье и Урал входили в четверку районов - лидеров мировой аэрокосмической промышленности (два других района находились на территории США - Калифорния и Техас). За пределами этих четырех экономических районов по масштабам концентрации предприятий ВПК выделяются Санкт-Петербург, Омск, Верхнее Приобье, Красноярск с ближайшими городами-спутниками и Прибайкальский район.
Характеристика отдельных отраслей ВПК. Почти сразу же после начала перестройки было заявлено о необходимости конверсии, под которой понимается перевод части военного производства на выпуск гражданской продукции. Трудно не согласиться с этим, поскольку экономике страны, находящейся в глубоком и затяжном кризисе, нереально сохранять прежние темпы и объемы производства оружия. Хотя чисто военный аспект решения не бесспорен, поскольку наши бывшие потенциальные противники вовсе не торопятся делать встречные шаги по пути разоружения и сокращения военного присутствия вблизи границ России. Как показали прошедшие годы, решение задач конверсии таким привычным для правительства директивным путем ни к чему, кроме развала производства и потере высококвалифицированных кадров, не приводит. Вероятно, конверсия - это длительный и мучительный путь, на котором экономические факторы и рычаги должны играть главенствующую роль. Тем более что пути конверсии могут быть вовсе не прямыми, а скорее неожиданными и нетрадиционными. Конверсия подразумевает также и сохранение производства самых эффективных видов вооружения, и переход на выпуск так называемых высокоточных видов оружия. Необходимо развивать и выпуск таких вооружений и систем, которые пользуются спросом на мировом рынке. Было бы неоправданным терять позиции в разработке и производстве таких видов оружия, где Россия считается признанным лидером. По западным оценкам, мировой ВПК производит 31 класс вооружений, среди которых наша страна лидирует по пяти видам: химическое и бактериологическое оружие, баллистические ракеты, ракеты "земля - воздух" и антиспутники.
Авиационная промышленность. Эта отрасль ВПК размещена в основном в крупных промышленных центрах, где готовые изделия собираются из деталей и узлов, поставляемых сотнями связанных производителей. Факторами размещения предприятий авиационной промышленности являются удобство транспортных путей и наличие квалифицированной рабочей силы. Проектирование почти всех видов самолетов и вертолетов осуществляют конструкторские бюро Москвы и Подмосковья. Исключение составляет лишь конструкторское бюро им. Бериева в Таганроге, занимающееся разработкой и производством самолетов-амфибий. Крупнейшим научно-производственным центром авиационной промышленности несомненно является Москва. Здесь размещены ведущие конструкторские бюро страны: Як, Ил, Ту, Су, Миг, Ми, КА и др.
В пригородах Москвы выпускают узлы и агрегаты для самолетов и вертолетов. В авиационной промышленности на данный момент функционируют более 335 предприятий и организаций.
Кроме разработанных и выпускаемых гражданских самолетов и вертолетов, создан целый комплекс боевых машин - Миг-29, Миг-31, Су-27, Су-37, КА-50, КА-52 и др.
Крупнейшими центрами авиационной промышленности являются: Москва (Ил-96-300, Ил-114, Ту-204, Ту-334, Як-42М), Смоленск (Як-42), Воронеж (Ил-86, Ил-96-300), Таганрог (Ту-334), Казань (Ил-62), Ульяновск (Ту-204, Ан-124), Самара (Ту-154, Ан-70), Саратов (Як-42), Омск (Ан-74), Новосибирск (Ан-38). Заводы по производству военных самолетов имеются в Москве (Миг), Нижнем Новгороде (Миг), Иркутске (Су), Улан-Удэ (Су), Арсеньеве, Комсомольске-на-Амуре. Вертолеты производятся в Люберцах, Казани, Кумертау, Улан-Удэ, Ростове-на-Дону, Москве, Арсеньеве. Созданы также крупные производства авиадвигателей в Санкт-Петербурге, Рыбинске, Ростове-на-Дону, Перми, Уфе, Омске, Тюмени и других городах.
Ракетно-космическая промышленность. Это наиболее наукоемкая и технически сложная отрасль военно-промышленного комплекса. Научно-исследовательские институты и конструкторские бюро данной отрасли ВПК сосредоточены в основном в Москве и Подмосковье. Это объясняется наличием в данном районе высококвалифицированной рабочей силы, а также давними традициями в производстве точной и наукоемкой продукции. Здесь разрабатываются межконтинентальные баллистические ракеты (Москва и Реутов), ракетные двигатели (Химки и Королев), крылатые ракеты (Дубна и Реутов), зенитные ракеты (Химки).
Производство этой продукции разбросано практически по всей территории России. В настоящее время в подмосковном городе Королев работает мощная корпорация "Энергия", которая специализируется на создании ИСЗ (искусственных спутников земли, космических кораблей). В г. Химки работают научно-производственные объединения "Энергомаш" и им. Лавочкина. В Химках и Королеве производят ракетные двигатели для большинства космических систем. В небольшом подмосковном городе Реутов создавали ракеты-носители и искусственные спутники Земли. В Москве, в научно-производственном объединении им.
Хруничева создавались баллистические ракеты и долговременные орбитальные станции "Мир", а сейчас создаются элементы международной космической станции "Альфа". В Подмосковье размещается также ряд производств, обслуживающих ракетно-космическую промышленность, то есть производящих необходимые узлы и оборудование для нужд данной отрасли ВПК. Производственные предприятия ракетно-космической промышленности размещаются в соответствии с принципами безопасности и дублирования, то есть в отдаленных от государственных границ районах страны. В частности, работают заводы по производству баллистических ракет на Урале (Воткинск, Златоуст) и в Сибири (Омск, Красноярск). Ракеты-носители производят в Самаре, Омске, Москве и других городах. Воткинск и Красноярск специализируются на производстве баллистических ракет для подводных лодок. Крупное производство ракетной техники имеется также в Санкт-Петербурге, Приморске и Калининграде.
Главный военный космодром России Плесецк расположен в Архангельской области близ г. Мирный. С него производят старт все беспилотные космические аппараты, а также военные искусственные спутники Земли. Следует также отметить, что наша страна продолжает арендовать у Казахстана космодром Байконур для запуска космических ракет с космонавтами на борту. Существует, помимо названных полигонов, и полигон Капустин Яр в Астраханской области, где производят испытание ракет и боевой техники. В 1997 г. в Амурской области был создан космодром Свободный. Для управления военно-космическими силами РФ создан центр по управлению беспилотными полетами (Краснознаменск, ранее Голицино-2). Центр управления полетами (ЦУП) находится в г. Королев. Близ него имеется центр по подготовке космонавтов - городок Звездный.
Производство артиллерийско-стрелкового оружия. Самый знаменитый и массовый вид стрелкового оружия - автомат Калашникова, используемый сегодня более чем в 60 странах мира, изображен даже на гербах и флагах некоторых африканских государств. Производство артиллерийско-стрелкового оружия исторически возникло в крупных районах и развитых центрах металлургии (Тула, Ковров, Ижевск и др.). Стрелковое оружие и его основные части разрабатываются и производятся в Москве и ряде городов Подмосковья (Рошаль, Красноармейск, Краснозаводск и др.) Научный центр разработок стрелкового оружия находится в небольшом подмосковном городе Климовске. Артиллерийские системы производят в основном на Урале. Екатеринбург является самым крупным центром артиллерийско-стрелковой и оружейной промышленности и специализируется на производстве самоходных орудий, зенитно-ракетных комплексов, полевых и танковых пушек, гаубиц, самоходных минометов. Другой уральский город, Пермь, известен производством самоходных вариантов орудий, реактивных снарядов, систем залпового огня "Смерч", "Ураган". В Ижевске производят противотанковые и зенитные ракеты. Следует заметить, что Ижевск более славится продукцией своей оружейной промышленности. Небольшой удмуртский город Воткинск - основной центр производства стратегических и тактических ракет. Башкирский город Стерлитамак является основным центром производства самоходных гаубиц на шасси. За пределами Урала крупные производства имеются в Нижнем Новгороде (орудия для БМП, боевые башни для ЗРК, артиллерийские орудия др.), Санкт-Петербурге (самоходные орудия), Муроме (башенные пулеметные установки). Подмосковный городок Фрязино специализируется на производстве оборудования для систем ПВО.
Бронетанковая промышленность. Первоначально в стране выпускались танки моделей Ту-54/55, затем Т-62, Т-64. Помимо танков, самоходных орудий и тягачей, был освоен выпуск БТР, БМП, БМД, БРМД и др. Сейчас российские заводы по выпуску танков находятся в глубоком кризисе. Перепрофилированы и уже больше не выпускают танки заводы Челябинска и Санкт-Петербурга. Танковых заводов в России осталось только два - в Омске и Нижнем Тагиле. В то же время относительно стабильное положение наблюдается на единственном пока заводе в стране, расположенном в Кургане, который выпускает боевые машины пехоты типа БМП. Это связано с экспортными поставками этого вида продукции.
В планах российских танковых заводов (в частности Омского) - переход на выпуск Т-90 на основе Т-72С и Т-80У.
Крупное производство бронетранспортеров (БТР) создано в Арзамасе. Освоен также выпуск бронированных банковских автомобилей и плавающих бронеавтомобилей. В ряде городов Центральной России и Урало-Поволжья созданы различного рода производства бронетанковой техники.
В Муроме выпускают инженерные разведывательные и инкассаторские машины на шасси боевых разведывательных машин десанта (БРМД). На данном заводе также бронируют легковые автомобили. В Саратове производят самоходный зенитно-ракетный комплекс (ЗРК) "Стрела", а в Вольске Саратовской области - противотанковый самоходный ракетный комплекс "Штурм". Волгоград специализируется на производстве боевых машин десанта БМД-3. В Екатеринбурге налажен выпуск самоходного комплекса разведки управления "Зоопарк", самоходных орудий, минометов, гаубиц и пушек и др.
Военное судостроение. Военное судостроение обеспечивает стабильную работу строительного комплекса, направленного на выпуск всех видов военных кораблей. Большинство заводов стремились размещать в центре страны, в условиях повышенной безопасности.
Выпуск подводных кораблей для Военно-морского флота (ВМФ) практически прекращен. Работают только заводы боевых кораблей в Санкт-Петербурге и Калининграде. Из 5 центров атомного подводного кораблестроения (Калининград, Нижний Новгород, Санкт-Петербург, Северодвинск, Комсомольск-на-Амуре) производство сохранилось только в Северодвинске. Большая часть предприятий военного кораблестроения находится в Санкт-Петербурге (6 заводов) и его пригородах. Рассмотрим теперь географию производства по отдельным типам военных судов. Катера на воздушной подушке производятся в поселке Никольский, Москве, Нижнем Новгороде, Сосновке, ремонт, модернизация и утилизация атомных подлодок ведется в Мурманске, городе Большой Камень, Северодвинске, патрульные катера производят в Рыбинске, Ярославле, Костроме, Санкт-Петербурге, сторожевые и ракетные катера - в Рыбинске, Зеленодольске, Перми, Владивостоке, Санкт-Петербурге, Калининграде, дизельные подлодки производятся сегодня только в Нижнем Новгороде, на производстве десантных кораблей специализируются предприятия Калининграда, Санкт-Петербурга, Рыбинска, Нижнего Новгорода, суда на подводных крыльях, корабельные орудия, атомные судовые реакторы производятся только в Нижнем Новгороде, основные мощности по производству боевых кораблей сосредоточены в Зеленодольске, Комсомольске-на-Амуре и некоторых других центрах.
Таким образом, несмотря на казалось бы широкую географию военного судостроения, его производства концентрируются в нескольких наиболее крупных центрах страны. К таковым, в частности, можно отнести Санкт-Петербург, Нижний Новгород, Северодвинск, Калининград (на долю этих 4 центров приходится львиная доля выпускаемых в России военных судов), Комсомольск-на-Амуре, Рыбинск, Зеленодольск и некоторые другие.
Для российского военного судостроения характерны высокий уровень монополизации производства, глубокая специализация отдельных предприятий и центров на производстве определенной продукции, системный экономический кризис, охвативший экономику всей страны. Из всех отраслей и производств ВПК наиболее остро экономический кризис проявился на предприятиях именно военного судостроения.
География атомно-промышленного комплекса России. Ядерная отрасль России была создана в апреле 1943 г. Атомно-промышленный комплекс состоит из 2 групп производств - атомная энергетика и ядерно-оружейный комплекс. О ядерной энергетике мы уже говорили раньше. Отметим только, что кроме производственных, имеются еще и исследовательские реакторы. Размещены они, как правило, в крупных научных центрах и закрытых городах. Это Москва и Подмосковье, Обнинск, Саров, Челябинская область, Димитровград, Санкт-Петербург, Ленинградская область, Томск, Екатеринбург, Уфа, Белгород, Норильск.
Известно о существовании 11 реакторов в Москве и 9 в Московской области (2 в Дубне, 5 в Лыткарино, 2 в Сергиевом Посаде). Крупным исследовательским и научным центром по ядерной энергетике является г. Обнинск, где имеются 4 реактора. Действуют также реакторы НИИ ядерной физики в г. Гатчина. Здесь же достраивается самый мощный в Восточной Европе исследовательский реактор.
9 реакторов размещены около г. Димитровград, где расположен НИИ атомных реакторов. Крупными научно-исследовательскими атомными центрами являются следующие города: Сосновый Бор, Санкт-Петербург, Дубна, Протвино, Москва, Обнинск, Екатеринбург, Новосибирск, Троицк, Димитровград, Нижний Новгород, Гатчина, Норильск, Подольск и др.
Особенностью ВПК является размещение многих его предприятий в закрытых городах, которые нельзя было найти ни на одной географической карте. Они возникли в 50-60-е гг., в российской глубинке вне досягаемости иностранной разведки. Всего в России 10 закрытых городов. Вместе они составляют так называемый Архипелаг Минатома.
В таких городах, называемых атомными, проживает сегодня около 800 тыс. чел. Закрытые города расположены в Сибири и Урало-Поволжье. Главная задача атомных городов - создание ядерного щита страны и оснащение им российских Вооруженных сил. Закрытые города создавались как элитные поселения. В них был высокий уровень жилищной обеспеченности и развитая социальная инфраструктура. Это позволило сконцентрировать здесь лучших специалистов страны. Но в настоящее время объем военных заказов резко сократился. Эти города стали терять свои бывшие позиции, научный потенциал и стали заметно беднеть. Иногда вокруг основного вида деятельности возникают вспомогательные или смежные производства. Так, в Новоуральске возник филиал ЗИЛа - автомоторный завод. В Железногорске возникло ПО "Сибволокно", а в Зеленогорске - производство космической техники.
Таким образом, города Минатома совершают переход от узкой специализации к многофункциональности. Лидирующая роль среди них принадлежит федеральным атомным центрам - Сарову и Снежинску. С ядерным оружием связаны 3 составные части стратегических вооружений: Ракетные войска (РВ), Военно-морской флот (ВМФ), Военно-воздушные силы (ВВС). Тяжелые стратегические бомбардировщики и ракетоносцы с крылатыми ядерными ракетами базируются в Моздоке и Энгельсе. Всего их в России около 80. В стране находится около 6900 ядерных зарядов. Большая их часть расположена в Татищеве (720), Костроме (120), Моздоке (316), Домбаровском (560), Карталах (460), Алейске (300), Рыбачьем (500), Украинке (444), Ужуре (520), Нерпичьей (1200), Ягельной (704 Яб), Козельске (360), Красноярске (120). Стратегические ядерные силы морского базирования входят в состав Северного и Тихоокеанского флотов. В настоящее время в России решаются следующие задачи: ликвидация российского ядерного оружия, разборка ядерных боеголовок, производство новых боеголовок к межконтинентальным баллистическим ракетам SS-25. Демонтаж боеголовок ведут 4 предприятия России (Заречный, Саров, Трехгорный, Новоуральск).
Ядерные материалы возвращают в Новоуральск (высокообогащенный уран) и Северск (плутоний и высокообогащенный уран).
В связи с демонтажем боеголовок реализуются планы создания на Урале (ПО "Маяк") и в Сибири (под Томском) складов для хранения более 100 т. оружейного плутония.
Урановая промышленность России. военный оружие оборона
В данную группу отраслей входит добыча и обогащение урана, а также урановая металлургия. Добыча и обогащение урана проводится обычно на урановых рудниках и горно-химических комбинатах. В России это Краснокаменский урановый рудник (Читинская область). Там же расположены Приаргунский и Забайкальский (поселок Первомайский) горно-химические комбинаты, производящие урановый концентрат.
Ранее, в 60-х гг. ХХ века, добыча и обогащение урановой руды проводились на Лермонтовском руднике и расположенном там же ПО "Алмаз". Но немного позднее, с широким вовлечением в использование курортных ресурсов данной территории (а это территория известнейшего курортного района Кавказские Минеральные Воды), все работы, связанные с добычей и обогащением урана были свернуты.
Открыты также крупные залежи урановой и ториевой руды близ городов Вихоревка Иркутской области (Вихоревское месторождение), Слюдянка (месторождение ураносодержащих и редкоземельных элементов), Ловозеро (урановые и ториевые минералы), район Онежского озера (урановые и ванадиевые минералы), Вишневогорск, Новогорный (урановая минерализация). Урановая металлургия получила распространение всего в 3 городах России: Электросталь (ПО "Машиностроительный завод"), Новосибирск (ПО "Завод химических концентратов"), Глазов (ПО "Чепецкий механический завод").
Неделю назад мною было было тут мимоходом замечено, что тезис о якобы неспособности докоммунистической России к быстрому и успешному развитию оборонной промышленности и об отсутствии в России до 1917 г. крупных инвестиционных средств, направляемых на оборону, опровергается как успешной реализацией в России программ развития военной судостроительной отрасли в 1910-1917 гг, так и стремительным ростом оборонной промышленности в России в годы Первой мировой войны (ПМВ), когда Россия смогла достигнуть феноменального роста военного производства, причем обеспечиваемого в том числе за счет резкого расширения производственных мощностей и быстрого возведения новых предприятий.
Данные мои замечания вызвали здесь многочисленные гневные вопли и типа возражения. Увы, уровень большинства возражений свидетельствует о крайней неосведомленности публики в данном вопросе и о невероятной замусоренности голов всякого рода предрассудками и совершенно замшелыми представлениями, заимствованными из обличительной публицистики и пропаганды.
В принципе этому не стоило бы удивляться. Обличение якобы неспособности гнусного Ancien Régime справиться с нуждами военного производства было раскручено либеральной и социалистической оппозицией еще до февраля 1917 г., дружно поддерживалось генералами, пытавшимися (оказавшись и с красной, и с белой сторон), отмежеваться от «старорежимности», а затем стало общим местом коммунистической пропаганды по вполне понятным причинам. В результате в отечественной историографии это превратилось в общий исторический штамп, практически необсуждаемый и неразбираемый. Казалось бы, прошло почти 100 лет, и можно было надеяться на более объективное освещение это вопроса теперь. Увы, изучение ПМВ (и отечественного ВПК) в России по-прежнему находится на крайне низком уровне, вопросами изучения развития ВПК страны в годы ПМВ никто не занимается, а если эта тема и затрагивается в публикациях, то все сводится к бездумному повторению заученных штампов. Пожалуй, только авторами-составителями недавно изданного сборника «Военная промышленность России в начале ХХ века» (1-й том труда «История создания и развития ОПК России и СССР. 1903-1963») была поставлена под сомнение и подвергнута критике данная мифология.
Можно без преувеличения сказать, что развитие русской военной промышленности в ПМВ остаётся масштабным белым пятном отечественной истории.
Меня в последнее время данная тема весьма занимает, и я даже подумываю над возможностью приступить к ее изучению более серьезно. Тем не менее даже небольшого знакомства с материалами достаточно, чтобы утверждать, и повторить это здесь снова: в годы Первой мировой войны в России был совершен громаднейший скачок в военном производстве, а темпы развития промышленности были настолько высокими, что не повторялись после этого в отечественной истории, и не были повторены ни в один из отрезков советского периода истории, включая ВОВ. Основой этого скачка стало стремительное расширение мощностей военного производства в 1914-1917 гг. за счет четырёх факторов:
1) Расширение мощностей существующих государственных военных предприятий
2) Массированное привлечение к военному производству частной промышленности
3) Крупномасштабная программа экстренного строительства новых казенных заводов
4) Широкое строительство новых частных военных заводов, обеспеченных государственными заказами.
Таким образом, во всех случаях этот рост обеспечивался крупными капиталовложениями (как государственными, так и частными), что делает совершенно нелепыми рассуждения о якобы неспособности России до 1917 г. осуществлять крупномасштабные капиталовложения в ОПК. Собственно, данный тезис, как было замечено, наглядно опровергается еще стремительным созданием и модернизацией судостроительных мощностей под большие кораблестроительные программы перед ПМВ. Но в вопросах судостроения и флота критиканствующая публика находится на совсем уж профанском уровне, поэтому, не имея возможности возразить, быстро переходит на снаряды и т.п.
Основной тезис при этом, что снарядов в России делали мало. При этом в качестве излюбленного аргумента приводятся цифры общего выпуска снарядов в западных странах за весь период ПМВ – включая и 1917 г, и 1918 г. Масштабы раскочергаривания на Западе военной промышленности к 1918 г. и артиллерийских сражений 1918 г. сравниваются с только начавшим развертываться русским военным производством 1915-1916 гг (ибо в 1917 г. русская промышленность покатилась под откос) – и на этом основании пытаются делать какие-то выводы. Интересно, на доказательство чего рассчитывают подобного рода «аргументаторы». Впрочем, как мы увидим ниже, даже на 1917 г. с производством и наличием тех же артснарядов дело в России обстояло не столь уж плохо.
Здесь следует отметить, что одной из причин искаженных представлений о работе русской промышленности в ПМВ являются работы Барсукова, и Маниковского (сиречь частично опять-таки Барсукова) – собственно, отчасти потому, что с тех по ничего нового не появилось по данной теме. Их труды были написаны в начале 20-х гг, выдержаны в духе тех лет и в вопросах связанных с ОПК концентрировались в немалой степени на нехватках боевого снабжения периода 1914-1915 гг. Собственно, сами вопросы развертывания производства вооружения и снабжения отражены в этих работах недостаточно и противоречиво (что понятно по условиям написания). Поэтому взятый в этих работах «страдальчески-обвинительный» уклон некритично воспроизводится уже десятилетия. Более того, и у Барсукова, и у Маниковского встречается немало недостоверной информации (например, о состоянии дел с постройкой новых предприятий) и сомнительных утверждений (типичный пример – завывания, направленные против частной промышленности).
Для лучшего же понимания развития русской промышленности в ПМВ помимо упомянутого сбориника «Военная промышленность России в начале ХХ века» я бы рекомендовал недавно изданные «Очерки по истории военной промышленности» ген. В.С. Михайлова (в 1916-1917 гг начальник военно-химического отдела ГАУ, в 1918 г. начальник ГАУ)
Данный коммент написан в качестве своего рода ликбеза для просвещения широкой публики в вопросах мобилизации и расширения русской оборонной промышленности в период ПМВ и призвавн продемонстрировать масштабы этого расширения. В данном комментарии я не затрагиваю вопросы авиа- и авиамоторостроительной промышленности, а также автомобилестроения, ибо это отдельная сложная тема. То же самое касается флота и судостроения (тоже отдельная тема). Взглянем только на армию.
Винтовки. На 1914 г. в России имелись три казенных оружейных завода – Тульский, Ижевский (фактически комплекс со сталилитейным заводом) и Сестрорецкий. Военная мощность всех трех заводов на лето 1914 г. оценивалась по оборудованию суммарно в 525 тыс. винтовок в год (44 тыс. в месяц) при 2-2,5 сменной работе (Тульский – 250 тыс., Ижевский – 200 тыс, Сестрорецкий 75 тыс.). Реально с августа по декабрь 1914 г. все три завода изготовили всего 134 тыс. винтовок.
С 1915 г. предпринимались форсированные работы по расширению всех трех заводов, в результате чего месячный выпуск винтовок на них с декабря 1914 г. по декабрь 1916 г. был увеличен в четыре раза – с 33,3 тыс. до 127,2 тыс. штук. За один только 1916 г. производительность каждого из трех заводов была удвоена, и фактическая сдача составила: Тульский завод 648,8 тыс. винтовок, Ижевский – 504,9 тыс. и Сестрорецкий – 147,8 тыс., итого 1301,4 тыс. винтовок в 1916 г. (цифры без учета ремонтируемых) .
Увеличение мощностей достигалось расширением станочного и энергетического парка каждого из заводов. Наиболее крупные по масштабу работы были произведены на Ижевском заводе, где станочный парк был практически удвоен, построена новая электростанция. В 1916 г. был выдан заказ на вторую очередь реконструкции Ижевского завода стоимостью 11 млн. руб. с целью доведения его выпуска в 1917 г. до 800 тыс. винтовок.
Масштабное расширение претерпевал Сестрорецкий завод, где к январю 1917 г. был достигнут выход 500 винтовок в сутки, а с 1 июня 1917 г. планировался выход 800 винтовок в сутки. Однако в октябре 1916 г. было принято решение ограничиться по винтовкам мощностью 200 тыс. штук в год, а увеличенные мощности завода ориентировать на выпуск автоматов Федорова темпом 50 штук в сутки с лета 1917 г.
Добавим, что Ижевский сталелитейный завод являлся поставщиком оружейной и специальной стали, а также ружейных стволов. В 1916 г. выпуск сталей по отношению к 1914 г. был увеличен с 290 до 500 тыс. пудов, ружейных стволов – в шесть раз (до 1,458 млн. ед.), пулеметных стволов - в 19 раз (до 66,4 тыс), и ожидался дальнейший рост.
Следует отметить, что немалая часть станков для оружейного производства в России выпускалась станкостроительным производством Тульского оружейного завода. В 1916 г. выпуск станков на нем был доведен до 600 ед. в год, а в 1917 г. предполагалось преобразовать этот машиностроительный отдел в отдельный крупный Тульский казенный машиностроительный завод с расширением мощностей до 2400 станков в год. На создание завода было ассигновано 32 млн. руб. Согласно Михайлову, из 320% роста выпуска винтовок с 1914 г. по 1916 г. лишь 30% увеличения прироста достигалось «форсировкой работы», а остальные 290% были эффектом расширения оборудования.
Однако основной упор в расширении винтовочного производства был сделан на строительство в России новых оружейных заводов. Уже в 1915 г. были санкционированы ассигнования на постройку в Туле второго оружейного завода с годовой мощностью по 500 тыс. винтовок в год, причем в дальнейшем его предполагалось слить с Тульским оружейным с итоговой суммарной мощностью 3500 винтовок в сутки. Сметная стоимость завода (3700 единиц станочного оборудования) составила 31,2 млн. руб, к октябрю 1916 г. ассигнования выросли до 49,7 млн. руб., причем дополнительно было ассигновано 6,9 млн. руб на приобретение у фирмы Remington оборудования (1691 станок) для изготовления еще 2 тыс. винтовок в сутки (!). Итого весь тульский оружейный комплекс должен был давать 2 млн. винтовок в год. Строительство 2-го завода было начато летом 1916 г. и должно быть завершено к началу 1918 г. Реально из-за революции достроен завод был уже при Советах.
В 1916 г. было начато строительство нового казенного Екатеринославского оружейного завода близ Самары мощностью 800 тыс. винтовок в год. При этом на данную площадку планировалось перенести мощности Сестрорецкого оружейного завода, от чего затем отказались. Сметная стоимость определялась в 34,5 млн. руб. Строительство интенсивно велось в 1916 г., к 1917 г. были возведены основные цеха, дальше наступил развал. Советская власть пыталась достроить завод в 20-е гг, но не осилила.
Таким образом, в 1918 г. годовые производственные мощности русской промышленности по выпуску винтовок (без автоматов) должны были составить 3,8 млн. штук, что означало увеличение в 7,5 раз по отношению к мобилизационным мощностям 1914 г. и утроение по отношению к выпуску 1916 г. Это перекрывало заявки Ставки (2,5 млн. винтовок в год) в полтора раза.
Пулеметы. Производство пулеметов оставалось узким местом русской промышленности на протяжении всей ПМВ. Фактически вплоть до самой революции выпуск станковых пулеметов вел только Тульский оружейный завод, увеличивший производство оных до 1200 единиц в месяц к январю 1917 г. Таким образом, по отношению к декабрю 1915 г. рост составил 2,4 раза, а по отношению к декабрю 1914 г. – в семь раз. За 1916 г. выпуск пулеметов почти утроился (с 4251 до 11072 штук), а в 1917 г. ожидалась поставка Тульским заводом 15 тыс. пулеметов. Вместе с крупными заказами по импорту (в 1917 г. ожидалась поставка до 25 тыс. импортных станковых пулеметов и до 20 тыс. ручных пулеметов) это должно было удовлетворить заявки Ставки. В преувеличенных надеждах на импорт предложения частной промышленности о производстве станковых пулеметов были отклонены ГАУ.
Производство ручных пулеметов Madsen организовывалось на строящемся по соглашению с Madsen Ковровском пулеметном заводе. Соглашение об этом с выдачей заказа синдикату в 15 тыс. ручных рулеметов за 26 млн. руб было заключено в апреле 1916 г, контракт подписан в сентябре, а строительство завода начато в августе 1916 г. и велось очень быстрыми темпами. Сборка первой партии пулеметов была произведена в августе 1917 г. К началу 1918 г., несмотря на революционный бардак, завод был практически готов – согласно акту обследования завода от августа 1919 г. (а за полтора года там ничего не изменилось), готовность цехов завода составляла 95%, электростанции и коммуникаций – 100%, оборудования было завезено 100%, смонтировано 75%. Выпуск пулеметов планировался в 4000 штук в первое полугодие работы с последующим выходом на 1000 штук в месяц и с доведением до 2,5-3 тыс.ручных пулеметов месяц при работе в одну мену.
Патроны. На 1914 г. в России производством ружейных патронов занимались три казенных патронных завода – Петроградский, Тульский и Луганский. Максимальная мощность каждого из этих заводов составляла 150 млн. патронов в год при односменной работе (суммарно 450 млн.). Фактически все три завода уже в мирный 1914 г. должны были дать суммарно на треть больше – ГОЗ составил 600 млн. патронов.
Выпуск патронов в значительной мере лимитировался количеством пороха (об этом ниже). С начала 1915 г. предпринимались огромные усилия по расширению мощностей всех трех заводов, в результате чего выпуск русских 3-лин патронов был увеличен с декабря 1914 г. по ноябрь 1916 г. втрое – с 53,8 млн до 150 млн. штук (в это число не входит выпуск в Петрограде японских патронов).. За один 1916 г. суммарный объем выпуска русских патронов был увеличен в полтора раза (до 1,482 млрд. штук). В 1917 г. при сохранении производительности ожидалась дача 1,8 млрд. патронов, плюс поступление примерно такого же числа русских патронов по импорту. В 1915-1917 гг. количество единиц оборудования всех трех патронных заводов возросло вдвое.
Ставкой в 1916 г. предъявлялись явно завышенные требования на патроны – так, на межсоюзной конференции в январе 1917 г. потребность была исчислена в 500 млн. патронов в месяц (в т.ч 325 млн. русских)., что давало расход в 6 млрд. в год, или вдвое выше расхода 1916 г., и это при достаточной обеспеченности патронами частей к началу 1917 г.
В июле 1916 г. был начат строительством Симбирский патронный завод (мощность 840 млн. патронов в год, сметная стоимость 40,9 млн. руб), запланированный к вводу в 1917 г., но введенный из-за развала в действие уже при Советах только в октябре 1918 г. В целом общую предполагавшуюся мощность русской патронной промышленности на 1918 г. можно исчислить до 3 млрд. патронов в год (с учетом выпуска иностранных патронов).
Легкие орудия. Производство легкой и горной 3-дм артиллерии велось на Петроградском казенном и Пермском орудийных заводах. В 1915 г. к производству был подключен частный Путиловский завод (в итоге национализированный в конце 1916 г.), а также частная «Царицынская группа заводов» (Сормовский завод, завод Лесснера, Петроградский металлический и Коломенский). Месячный выпуск орудий обр. 1902 г. в итоге вырос за 22 месяца (с января 1915 г. по октябрь 1916 г.) более чем в 13 раз (!!) – с 35 до 472 систем. При этом, к примеру, Пермский завод увеличил производство 3-дм полевых пушек в 1916 г. в 10 раз по сравнению с 1914 г. (доведя к концу 1916 г. до 100 орудий в месяц), а лафетов к ним – в 16 раз.
Выпуск 3-дм горных и коротких пушек на русских заводах за 22 месяца (с января 1915 г. по октябрь 1916 г.) был увеличен втрое (с 17 до примерно 50 месяц), и плюс с осени 1916 г. начался выпуск 3-дм зенитных пушек. В 1916 г. годовое суммарное производство 3-дм орудий всех типов было втрое выше производства 1915 г.
Царицынская группа, начав производство с нуля и сдав первые шесть 3-дм орудий в апреле 1916 г., уже через полгода (в октябре) давала 180 орудий в месяц, а в феврале 1917 г. было изготовлено 200 орудий, и были резервы для дальнейшего наращивания производства. Путиловский завод, возобновив производство 3-дм пушки только во второй половине 1915 г., вышел к концу 1916 г. на мощности 200 орудий в месяц, а в середине 1917 г. ожидался его выход на 250-300 орудий в месяц. Фактически в связи с достаточностью выпуска 3-дм пушек Путиловскому заводу программа на 1917 г. была дана всего в 1214 орудий обр. 1902 г., а остальные мощности переориентировались на выпуск тяжелой артиллерии.
Для дальнейшего расширения артпроизводства в конце 1916 г. было начато строительство мощного Саратовского казенного орудийного завода с производительностью в год: 3-дм полевых пушек – 1450, 3-дм горных пушек – 480, 42-лин пушек – 300, 48-лин гаубиц – 300, 6-дм гаубиц – 300, 6-дм крепостных пушек – 190, 8-дм гаубиц - 48. Стоимость предприятия определялась в 37,5 млн. руб. Из-за революции февраля 1917 г. постройка была остановлена в начальной стадии.
Таким образом, при ежемесячной потребности на 1917 г., заявленной Ставкой в январе 1917 г., в 490 полевых и 70 горных 3-дм пушек, русская промышленность фактически уже вышла к тому времени на ее обеспечение, а в 1917-1918 гг., по всей видимости, значительно превзошла бы эту потребность. С вводом в строй Саратовского завода можно было ожидать выхода суммарно минимум примерно на 700 полевых пушек и 100 горных пушек в месяц (при оценке выбытия 300 орудий в месяц по расстрелу без учета боевых потерь)..
Следует добавить, что в 1916 г. Обуховским заводом было начато освоение 37-мм траншейной пушки Розенберга. Из первого заказа в 400 новых систем от марта 1916 г. 170 пушек были поставлены уже в 1916 г., сдача остальных намечалась на 1917 г. Нет сомнений, что за этим последовали бы новые массовые заказы на эти пушки.
Тяжелые орудия. Как мы все знаем, производство тяжелой артиллерии в России в ПМВ есть излюбленная тема всех обличителей «старого режима». При этом намекается, что гнусный царизм ничего здесь не смог организовать.
К началу войны производство 48-линейных гаубиц обр. 1909 и 1910 гг. велось на Путиловском заводе, Обуховском заводе и Петроградском орудийном заводе, а 6-дм гаубиц обр. 1909 и 1910 гг. – на Путиловском и Пермском заводах. После начала войны особое внимание уделено было также выпуску 42-лин пушек обр. 1909 г., под которое были произведены расширения Обуховского и Петроградского заводов, а также начат массовый выпуск их на Путиловском заводе. В 1916 г. на Обуховском заводе были начаты выпуском 6-дм пушка Шнейдера и 12-дм гаубица. Путиловский завод всю войну был ведущим производителем 48-лин гаубиц, выйдя на выпуск до 36 этих орудий в месяц к осени 1916 г., и должен был наращивать их производство в 1917 г.
Выпуск тяжелой артилерии нарастал очень быстро. В первом полугодии 1915 г. было изготовлено всего 128 орудий тяжелой артиллерии (причем все - все 48-лин гаубицы), а во втором полугодии 1916 г. – уже 566 тяжелых орудий (включая 21 гаубицу 12-дм), иными словами в расчетных коэффициентах Маниковского выпуск за полтора года вырос в 7 раз (!). При этом в это число, видимо, не входит поставка сухопутных орудий (включая 24 гаубицы 6-дм) для Морского ведомства (преимущественно Крепости ИПВ). В 1917 г. должно было продолжаться дальнейшее наращивание производства. В первую очередь 42-лин пушек, выход которых на всех трех заводах-производителях в 1917 г. должен был составить оценочно 402 единицы (против 89 в 1916 г). Всего же в 1917 г., не случись революции, ГАУ (без Морведа) промышленностью оценочно должно было быть поставлено до 2000 тяжелых орудий русского производства (против 900 в 1916 г.).
Только один Путиловский завод на освоем основном производстве по программе 1917 г. должен был дать 432 48-лин гаубицы, 216 42-лин пушек и 165 гаубиц 6-дм для армии плюс 94 гаубицы 6-дм для Морведа.
Дополнительно с национализацией Путиловского завода было решено создать при нем особый завод тяжелой артиллерии для производства 6-дм и 8-дм гаубиц с объемами выпуска до 500 гаубиц в год. Строительство завода было осуществлено ударными темпами за 1917 год, несмотря на революционный хаос. К концу 1917 г. завод был практически готов. Но тут началась эвакуация Петрограда, и решением ГАУ от 14 декабря новый завод подлежал первоочередной эвакуации в Пермь. Большую часть оборудования предприятия в конечном счете удалось доставить на Пермский завод, где оно составило основу мощностей Мотовилихи по выпуску тяжелых орудий на следующие десятилетия. Однако немалая часть была рассеяна по стране в обстановке гражданской войны 1918 г. и утеряна.
Вторым новым центром выпуска тяжелой артиллерии должен был стать вышеупомянутый Саратовский казенный орудийный завод с годовой программой по тяжелым орудиям: 42-лин пушек – 300, 48-лин гаубиц – 300, 6-дм гаубиц – 300, 6-дм крепостных пушек – 190, 8-дм гаубиц - 48. Из-за революции февраля 1917 г. постройка была остановлена в начальной стадии.
В числе других рассматривавшихся к 1917 г. мероприятий по усилению выпуска тяжелой артиллерии, были выдача заказа на 48-лин гаубицы частной «Царицынской группе заводов», а также освоение в 1917 г. выпуска 12-дм гаубиц и новых «легких» 16-дм гаубиц на строившемся с 1913 г. при участии Vickers Царицынском заводе по выпуску морской тяжелой артиллерии (РАОАЗ), чья постройка велась в годы ПМВ вяло, но первая очередь которого ожидалась в июле 1916 г. ко вводу весной 1917 г. Выдвигался также проект производства там с 1918 г. 42-лин пушек и 6-дм гаубиц (заметим, что выпуск 42-лин пушек и 6-дм гаубиц и был в итоге освоен на «Баррикадах» Советами в 1930-1932 гг).
Со вводом в строй гаубичного завода на Путиловском заводе и первой очереди Царицынского завода русская промышленность достигла бы в 1918 г. годового выпуска минимум 2600 тяжелых артсистем, а более вероятно – и больше, с учетом того, что, видимо, в 1917-1918 гг. были бы предприняты серьезные усилия по расширению выпуска 48-лин гаубиц. И это без учета Саратовского завода, возможность ввода которого до 1919 г. мне представляется сомнительной.
Фактически это означало, что заявки Ставки 1916 г. на тяжелую артиллерию могли быть покрыты русской промышленностью уже к концу 1917 г., а массированный выпуск 1918 г. мог быть обращен, наряду с покрытием потерь, на резкое (фактически многократное по многим артсистемам) увеличение штатов ТАОН. Добавим к этому, что в 1917-начале 1918 гг. еще около 1000 тяжелых артсистем должно было быть получено по импорту (и это без учета возможных новых заказов за рубежом). Итого суммарно русская тяжелая артиллерия даже за вычетом потерь могла достичь численности 5000 орудий к концу 1918 г., т.е. быть сопоставимой по численности с французской.
Отметим, что при этом в России (в основном на Обуховском заводе, а также на Пермском) продолжалось весьма масштабное производство мощной крупнокалиберной морской артиллерии (от 4 до 12 дм), осваивался выпуск 14-дм корабельных орудий и несмотря на ПМВ полным ходом продолжалась реконструкция Пермского завода для организации на нем выпуска в год 24 корабельных орудий калибров 14-16 дм.
И, к слову, маленький штришок для любителей порассуждать о том, что флот де перед ПМВ объедал армию, а несчастная армия страдала от нехватки пушек. Согласно «Всподданейшему отчету по Военному министерству за 1914 г.», на 1 января 1915 г. в сухопутной крепостной артиллерии состояло 7634 орудия и 323 полуподовые мортиры (за 1914 г. в сухопутные крепости подано 425 новых орудий), а запас снарядов крепостей составлял 2 млн. штук. В артиллерии приморских крепостей состояло еще 4162 орудия, а запас снарядов составлял 1 млн. штук. No comments, как говорится, но похоже история реального величайшего русского попила перед ПМВ еще ждет своего исследователя.
Артиллерийские снаряды калибра 3 дм. Рассужения о снарядах есть любимая тема критиков русского ВПК в ПМВ, при этом как правило сведения о снарядном голоде 1914-1915 гг. совершенно неправомерно переносятся на более поздний период. Еще меньшая осведомленность проявляется в вопросе о производстве снарядов тяжелой артиллерии.
Производство 3-дм снарядов перед ПМВ осуществлялось в России на пяти казенных (Ижевском сталелитейном, а также Пермском, Златоустовском, Олонецком и Верхнетуринском горного ведомства) и 10 частных заводах (Металлический, Путиловский, Николаевский, Лесснер, Брянский, Петроградский механический, Русское общество, Рудзский, Лильпоп, Сормовский), а до 1910 г. – и двух финских заводах. С началом войны снарядное производство претерпело быстрое расширение, как путем увеличения производства на упомянутых заводах, так и путем подключения новых частных предприятий. Всего к 1 января 1915 г. заказы на 3-дм снаряды были выданы 19 частным предприятим, а к 1 января 1916 г. – уже 25 (и это без учета организации Ванкова)
Основную роль в снарядном производстве по линии ГАУ сыграли Пермский завод, а также Путиловский завод, объединивший в итоге вокруг себя ряд других частных предприятий (Русского общества, Русско-Балтийского и Коломенского). Так, Пермский завод при годовой расчетной мощности 3-дм снарядов в 500 тыс единиц уже в 1915 г. дал 1,5 млн. снарядов, а в 1916 г. – 2,31 млн. снарядов. Путиловский завод со своей кооперацией изготовил за 1914 г. всего 75 тыс. 3-дм снарядов, а в 1916 г. – 5,1 млн. снарядов.
Если в 1914 г. вся русская промышленность изготовила 516 тыс. 3-дм снарядов, то в 1915 г. – уже 8,825 млн по данным Барсукова, и 10 млн. по данным Маниковского, а в 1916 г.- уже 26,9 млн. выстрелов по данным Барсукова. «Всеподданейшие отчсеты по военному министерству» приводят еще более значительные цифры подачи 3-дм снарядов русского производства в армию – в 1915 г. 12,3 млн. снарядов, а в 1916 г. - 29,4 млн. выстрелов. Таким образом, годовой выпуск 3-дм снарядов в 1916 г. практически утроился, а месячное производство 3-дм снарядов с января 1915 г. по декабрь 1916 г. выросло в 12 раз!
Особо следует отметить известную организацию уполномоченного ГАУ Ванкова, которая сорганизовывала большое количество частных предприятий на выпуск снарядов и сыграла выдающуюся роль в мобилизации промышленности и раскрутке снарядного производства. В общей сложности к производству и кооперации Ванковым было привлечено 442 частных завода (!). С апреля 1915 г. организация Ванкова получила заказы на 13,04 млн. 3-дм гранат французского образца и 1 млн. химических снарядов, а также 17,09 млн. запальных стаканов и 17,54 млн. детонаторов. Выдача снарядов началась уже в сентябре 1915 г., до конца года изготовила 600 тыс. снарядов, а в 1916 г. организация Ванкова изготовила около 7 млн. снарядов, доведя выпуск до 783 тыс. в декабре 1916 г. К концу 1917 г. было изготовлено ею 13,6 млн. 3-дм снарядов всех типов.
Ввиду успешности работы организации Ванкова ей в 1916 г. было выдано заказов дополнительно на выпуск 1,41 млн. тяжелых снарядов калибром от 48 лин до 12 дм, а также 1 млн. снарядов (57, 75 и 105 мм) для Румынии. Организация Ванкова в кратчайший срок поставила новое для России производство тяжелых снарядов из сталистого чугуна. Как известно, именно массовый выпуск снарядов сталистого чугуна в значительной мере способствовал разрешению снарядного кризиса во Франции. Начав выпуск таких снарядов в России в конце 1916 г., организация Ванкова практически полностью выполнила заказы по отливке всех заказанных тяжелых снарядов к концу 1917 г. (хотя ввиду развала обработано было только около 600 тыс. из них).
Наряду с этим продолжались усилия по расширению выпуска 3-дм снарядов и на казенных предприятиях. На 1917 г. было запланировано довести выпуск 3-дм снарядов на Ижевском заводе до 1 млн в год, кроме того, 1 млн. 3-дм снарядов в год планировались к выпуску на новом строящемся крупном Каменском казенном сталелитейном заводе (о нем ниже).
Добавим, что за границей было заказано 56 млн. выстрелов к русским 3-дм орудиям, из которых 12,6 млн. по данным «Всеподданейшего отчета» поступило в 1916 г. (обращает внимание, что Барсуков вообще дает по многим позициям более низкие цифры, чем «Отчеты»). В 1917 г. ожидалось поступление 10 млн. снарядов «моргановского» заказа из США и до 9 млн. канадского заказа.
Оценочно в 1917 г. ожидалось получение до 36 млн. 3-дм выстрелов от русской промышленности (с учетом организации Ванкова) и до 20 млн. по импорту. Такое количество превышало даже самые максимальные возможные пожелания армии. Здесь следует отметить, что на почве снарядного кризиса начала войны русское командование в 1916 г. было охвачено чем-то вроде психопатии в плане запасания снарядами. За весь 1916 г. русской армией, по разным оценкам, было израсходовано 16,8 млн. снарядов калибра 3 дм, из которых 11 млн. – в пять летних месяцев наиболее интенсивных боев, и не испытывая особых проблем с боеприпасами. Напомним, что при таком расходе реально Военному ведомству в 1916 г. было поставлено уже до 42 млн. снарядов. Летом 1916 г. ген. Алексеев в записке требовал на будущее подачи 4,5 млн. снарядов на месяц. В декабре 1916 г. Ставка сформулировала потребность в 3-дм снарядах на 1917 г. откровенно завышенной цифрой 42 млн. штук. Упарт в январе 1917 г. занял более разумную позицию, сформулировав требования подачи на этот год 2,2 млн. снарядов в месяц (или 26,6 млн. всего). Маниковский, впрочем, и это считал завышенным. В январе 1917 г. Упарт заявлял, что годовая потребность в 3-дм снарядам «удовлетворяется с избытком» и что к 1 января 1917 г. в армии имелся запас 3-дм выстрелов в 16,298 млн штук - иными словами фактический годовой расход 1916 г. В течение первых двух месяцев 1917 г. подавалось на фронт примерно по 2,75 млн. 3-дм выстрелов. Как мы видим, практически все указанные расчеты с лихвой покрывались бы в 1917 г. только русским производством, и скорее всего к 1918 г. русская легкая артиллерия подошла бы с откровенным затовариванием боеприпасами, а при сохранении и хотя бы ограниченном наращивании темпов производства и поставок к концу 1918 г. склады бы вообще ломились бы от огромных запасов 3-дм снарядов.
Тяжелые артиллерийские снаряды. Основным производителем тяжелых снарядов сухопутной артиллерии (калибра более 100 мм) до ПМВ были Обуховский завод, Пермский завод, а также три других указанных выше завода горного ведомства. На начало войны четыре горных завода (включая Пермский) имели в работе уже 1,134 млн (!) снарядов калибров 42 и 48 лин и 6 дм (без учета более тяжелых), еще 23,5 тыс. снарядов имело в заказе Русское общество. С началом войны были сделаны экстренные заказы еще на 630 тыс. выстрелов тяжелой артиллерии. Таким образом утверждения о якобы малом количестве выпуска тяжелых снарядов до войны и в начале войны сами по себе есть абсурдный миф. В ходе войны выпуск тяжелых снарядов нарастал лавинообразно.
С началом войны началось расширение выпуска тяжелых снарядов на Пермском заводе. Уже в 1914 г. завод дал 161 тыс. тяжелых снарядов всех видов (вплоть до 14 дм), в 1915 г. – 185 тыс., в 1916 г. – 427 тыс., в том числе выпуск 48-лин снарядов был с 1914 г. учетверен (до 290 тыс). Уже в 1915 г. выпуск тяжелых снарядов велся на 10 казенных и частных заводах с постоянным расширением выпуска.
Дополнительно с 1915 г. был начат массовый выпуск тяжелых снарядов (вплоть до 12 дм) на группе Путиловских заводов – в 1915 г. сдано 140 тыс. снарядов, а в 1916 г.- уже около 1 млн. В 1917 г., несмотря на начавшийся развал, группой изготовлено 1,31 млн. тяжелых снарядов.
Наконец, организация Ванкова изготовила за год с конца 1916 г. по конец 1917 г. более 600 тыс. готовых тяжелых снарядов, освоив новый для России выпуск снарядов из сталистого чугуна.
Подводя итоги выпуска тяжелых снарядов в России до революции, нужно обратить внимание, что Барсуков, на которого любят ссылаться, приводит очевидно неверные данные по выпуску тяжелых снарядов в 1914 г. – якобы всего 24 тыс. 48-дм снарядов и 2100 гранат 11-дм, что противоречит всем известным данным и его же сведениям о выпуске снарядов по отдельным заводам (такие же неправильные данные у него и по 3-дм снарядам). Приводимые таблицы в издании Маниковского еще более бестолковы. Согласно же «Всеподданейшему отчету по Военному министерству за 1914 г», с 1 августа 1914 г. по 1 января 1915 г. только в действующую армию было фактически подано 446 тыс выстрелов для 48-лин гаубиц, 203,5 тыс. выстрелов для 6-дм гаубиц, 104,2 тыс выстрелов для 42-лин пушек, и это не считая снарядов других типов. Таким образом, оценочно только в последние пять месяцев 1914 г. было выпущено минимум 800 тыс. тяжелых снарядов (что совпадает с данными по заделу на начало войны). Документ 1915 г. «Свод сведений о снабжении армии артиллерийскими снарядами» в «Военной промышленности России» дает выпуск примерно 160 тыс. тяжелых сухопутных снарядов в последние 4 месяца 1914 г., хотя неясно из текста, насколько эти данные полны.
Есть подозрения, что у Барсукова также занижено производство снарядов тяжелой артиллерии в 1915-1916 гг. Так, согласно Барсукову, в 1915 г. в России было изготовлено 9,568 млн. снарядов всех типов (включая 3 дм) и еще 1,23 млн снарядов получен из заграницы, а в 1916 г. – изготовлено 30,975 млн снарядов всех типов и еще около 14 млн. получено из-за границы. Согласно же «Всеподданейшим отчетам по Военному министерству», в 1915 г. в действующую армию было подано более 12,5 млн. снарядов всех типов, а в 1916 г. – 48 млн. снарядов (включая 42 млн 3-дм). У Маниковского цифры по подаче в армию снарядов в 1915 г. сопадают с «Отчетом», однако цифра подачи за 1916 г. меньше в полтора раза – он дает всего 32 млн. снарядов, включая 5,55 млн. тяжелых. Наконец, согласно другой таблице Маниковского, в 1916 г. в войска было подано 6,2 млн. тяжелых снарядов и плюс 520 тыс. выстрелов для французских 90-мм пушек.
Если по 3-дм снарядам цифры у Барсукова более-менее «бьются», то по снарядам более крупных калибров при принятии на веру цифр Барсукова образуются явные несообразности. Приводимая им цифра выпуска 740 тыс. тяжелых снарядов в 1915 г. при выпуске минимум 800 тыс за пять месяцев 1914 г. совершенно несообразна и противоречит всем известным данным и очевидным тенденциям – и данным того же Маниковского о подаче в армию 1,312 млн. тяжелых снарядов в 1915 г. По моему мнению, выпуск тяжелых снарядов в 1915-1916 гг. у Барсукова занижен примерно на 1 млн. выстрелов (видимо, за счет неучета продукции каких-то заводов). Есть также сомнения о статистике Барсукова по 1917 г.
Впрочем, даже если принять на веру цифры Барсукова, то в 1916 г. в России было изготовлено 4 млн. тяжелых снарядов, а в кризисном 1917 г., несмотря на всё – уже 6,7 млн. При этом, по данным Барсукова выходит, что выпуск 6-дм гаубичных снарядов в 1917 г. увеличился по отношению к 1915 г. в 20 раз (!) – до 2,676 млн., а 48-лин гаубичных снарядов – в 10 раз (до 3,328 млн). Фактическое увеличение, на мой взгляд, было несколько меньшим, но тем не менее, цифры впечатляют. Таким образом, Россия только с 1914 по 1917 г. изготовила от 11,5 млн (оценка Барсукова) и до порядка минимум 13 млн. (моя оценка) тяжелых снарядов, и еще до 3 млн. тяжелых снарядов было получено по импорту (с 90-мм). В реальном исчислении все это означало, что русская тяжелая артиллерия достаточно быстро преодолела «снарядный голод», а в 1917 г. начала складываться ситуация переизбытка боеприпасов тяжелой артиллерии – так, 42-лин пушки в действующей армии имели на январь 1917 г. по 4260 выстрелов на ствол, 48-лин и 6-дм гаубицы к сентябрю 1917 г. – до 2700 выстрелов на ствол (при том, что немалая часть – более половины - громадного выпуска снарядов этих типов 1917 г. так и не попала уже в войска). Даже массовое развертывание выпуска тяжелой артиллерии в 1917-1918 гг. вряд ли изменило бы эту ситуацию. Наиболее показательно, что даже крайне завышенные и неоправданные требования Ставки от декабря 1916 г. на 1917 г. – 6,6 млн снарядов 48-лин и 2,26 млн снарядов 6-дм – были по 6-дм перекрыты фактическим выпуском этого провального 1917 г.
Впрочем, как было отмечено, фактически производство только раскочегаривалось, результаты чего проявились именно в 1917 г. Скорее всего, без революции можно было ожидать дачи в 1917 г. до 10 млн. тяжелых снарядов. Шло расширение производства тяжелых снарядов на Путиловской группе, а также рассматривалась возможность загрузки организации Ванкова массовым производством 48-лин и 6-дм гаубичных снарядов по окончании выполнения ею заказа на 3-дм гранаты. Судя по темпам выпуска этих тяжелых снарядов организацией Ванкова в 1917 г., успехи здесь также могли бы быть очень значительными.
Наконец, под массовый выпуск тяжелых снарядов рассчитывался наиболее крупный из реализуемых в ПМВ проектов русского ОПК – большой сталелитейно-снарядный казенный завод в ст. Каменской Области Войска Донского. Первоначально завод был спроектирован и санкционирован строительством в августе 1915 г. как сталелитейный по выпуску оружейной стали и оружейных стволов с проектной производительностью в год 1 млн. ружейных стволов, 1 млн. снарядов 3-дм, и более 1 млн. пудов «спецсталей». Сметная стоимостью такого производства была в 49 млн. руб. В 1916 г. проект завода был дополнен созданием на нем мощнейшего в России казенного снарядного производства с планируемым выходом в год 3,6 млн 6-дм снарядов, 360 тыс. 8-дм снарядов и 72 тысячи 11-дм и 12-дм снарядов. Общая стоимость комплекса достигла 187 млн. руб., оборудование было заказано в США и Великобритании. Строительство было начато в апреле 1916 г., к октябрю 1917 г. велось сооружение основных цехов, но из-за развала доставлена только небольшая часть оборудования. В начале 1918 г. постройка была окончательно остановлена. Оказавшись в эпицентре Гражданской войны, недостроенный завод был расхищен и фактически ликвидирован.
Ещен один сталеделательный казенный завод строился с 1915 г. в Луганске с проектной производительностью 4,1 млн. пудов оружейных сталей в год.
Минометы и бомбометы. Производство минометного и бомбометного вооружения до начала ПМВ в России отсутствовало и развернулось широким фронтом начиная с 1915 г., в основном за счет поделючения частных предприятий по линии ЦВПК. Если в 1915 г. было сдано 1548 бомбометов и 1438 минометов (без учета импровизированных и устаревших систем), то в 1916 г. - уже 10850 бомбометов, 1912 минометов и 60 окопных мортир Эрхардта (155 мм), а выпуск боеприпасов для минометов и бомбометов возрос с 400 тыс. до 7,554 млн. выстрелов, то есть почти в 19 раз. К октябрю 1916 г. потребности войск в бомбометах были покрыты на 100%, а в минометах – на 50%, и ожидалось полное покрытие к 1 июля 1917 г. В итоге к концу 1917 г. бомбометов в армии было вдвое против штата (14 тысяч при штате 7 тысяч), минометов малых калибров – 90% штата (4500 при штате 5 тысяч), минометов крупных калибров для ТАОН - 11% (267 единиц) от запроектированной громадной потребности в 2400 систем. В боеприпасах для бомбометов был достигнут явный переизбыток, в связи с чем их выпуск в 1917 г. сворачивался с переориентацией на производство мин для минометов, в которых была нехватка. В 1917 г. ожидалось изготовление 3 млн. мин.
На 1917 г. предусматривалась переориентация производств с бомбометов на минометы (в 1917 г. по Барсукову произведено 1024 миномета, но есть подозрения, что его данные по 1917 г. явно неполные, что подтверждается его же данными по наличию систем в войсках), а также наращивание выпуска систем крупных калибров (так, на Металлическом заводе начался выпуск 155-мм окопных мортир собственного производства – сдано за год 100 единиц, осваивался также выпуск 240-мм минометов). Еще 928 бомбометов, 185 минометов и 1,29 млн. единиц боеприпасов к ним было до конца 1917 г. получено по импорту (данные, возможно, тоже неполные).
Ручные гранаты. Производство ручных гранат велось до начала ПМВ в незначительных количествах для крепостей. Выпуск гранат в России в основном силами мелкой частной промышленности в 1915-1916 гг. нарастал в колоссальных количествах, и вырос с января 1915 г. по сентябрь 1916 г. в 23 раза – с 55 тыс. до 1,282 млн. штук. Если в 1915 г.. было изготовлено 2,132 млн. гранат, то в 1916 г. – уже 10 млн. Еще 19 млн. гранат было в 1915-1916 гг. получено по импорту. В январе 1917 г. была заявлена потребность поставки армии в месяц 1,21 млн ручных гранат (или 14,5 млн на год) что вполне покрывалось достигнутым уровнем русского производства.
Винтовочных гранат было изготовлено в 1916 г. 317 тысяч и ожидалась поставка в 1917 г. до 600 тысяч. В январе 1917 г. было заказано также 40 тысяч мортирок Дьяконова и 6,125 млн выстрелов к ним, но из-за начавшегося развала массовый выпуск так и не был налажен.
Порох. К началу ПМВ порох для военного ведомства вырабатывался на трех казенных пороховых заводах – Охтенском, Казанском и Шосткенском (Черниговской губ.), максимальная производительность каждого из которых оценивалась в 100 тыс. пудов пороха в год., а для морского ведомства – также на Шлиссельбургском частном заводе мощностью до 200 тыс. пудов. На заводах и складах запасы пороха составляли 439 тыс. пудов.
С началом войны начались работы по расширению всех четырех заводов – так, мощности и количество занятых на Охтенском заводе были увеличены втрое. К 1917 г. мощность Охтенского завода была доведена до 300 тыс.пудов, Казанского – до 360 тыс. пудов, Шосткенского – до 445 тыс пудов, Шлиссельбургского – до 350 тыс. пудов. Одновременно начиная с 1915 г. рядом со старым Казанским заводом был сооружен новый Казанский пороховой завод мощностью еще 300 тыс. пудов, начавший работу в 1917 г.
В 1914 г. еще до войны Военным ведомством начато строительство мощного Тамбовского казенного порохового завода мощностью до 600 тыс. пудов в год. Завод обошелся в 30,1 млн. руб и начал работу в октябре 1916 г., однако из-за развала 1917 г., только-только приступил к функционированию. Одновременно для выполнения заказов Морского ведомства в начале 1914 г. был начат строительством частный завод Барановского (Владимирский) проектной мощностью 240 тыс. пудов. в год. После начала войны заказанное в Германии оборудование пришлось перезаказывать в США и Великобритании. Завод Барановского был введен в действие в августе 1916 г., хотя продолжал оборудоваться, и до конца 1917 г. произвел 104 тыс. пудов пороха. В конце 1916 г. завод был национализирован.
Производство бездымного пороха (с учетом Шлиссельбургского завода) в 1914 г. составило 437,6 тыс. пудов, в 1915 г. – 773,7 тыс., в 1916 г. – 986 тыс. пудов. Благодаря реконструкции к 1917 г. мощности были доведены до 2 млн. пудов, однако отдачу от этого ввиду революции получить уже не успели. До этого основные потребности приходилось покрывать импортом, составившим 2 млн. пудов бездымного пороха в 1915-1916 гг (200 тыс в 1915 г. и 1,8 млн. в 1916 г.).
Летом 1916 г. была начата постройка Самарского казенного порохового завода мощностью 600 тыс. пудов сметной стоимостью 30 млн. руб, на американском оборудовании, причем в числе прочего целиком был куплен пироксилиновый завод американской фирмы Nonabo. Практически все оборудование прибыло в Россию, но в 1917 г. строительство резко затормозилось и в 1918 г. сошло на нет, а оборудование в итоге уже при Советах было распределено между «старыми» пороховыми заводами. Таким образом, в 1918 г. суммарные мощности порохового производства в России могли достичь 3,2 млн. пудов в год, усемирившись по сравнению с 1914 г., что позволяло фактически освободиться от импорта. Этого количества пороха была достаточно для производства 70 млн. зарядов для 3-дм снарядов и 6 млрд. патронов. Следует также добавить, что рассматривалась возможность выдачи заказов на освоение производства порохов частным химическим заводам. Замечу, что в начале 1917 г. общая потребность на последующие полтора года войны (до 1 июля 1918 г.) определялась в 6,049 млн пудов бездымного и 1,241 млн. пудов дымного пороха.
Кроме того, в 1916-1917 гг. было осуществлено строительство Ташкентского казенного хлопкоочистительного завода стоимостью 4 млн. руб начальной мощностью 200 тыс. пудов очищенного материала в год с перспективами последующего резкого расширения.
Взрывчатые вещества. Выпуск тротила и снаряжение боеприпасов Военного ведомства до ПМВ вели Охтенский и Самарский заводы взрывчатых веществ. С началом войны мощности обеих заводов были расширены многократно. Охтенский завод дал 13,95 тыс пудов тротила в 1914 г., но его тротиловое производство было сильно повреждено взрывом в апреле 1915 г. Самарский завод увеличил выпуск тротила с 1914 по 1916 гг. вчетверо – с 51,32 тыс. пудов до 211 тыс. пудов, а тетрила в 11 раз – с 447 до 5187 пудов. Снаряжение снарядов на обоих сзаводах возросло в этот период в 15-20 раз – так, по 3-дм снарядам на каждом с 80 тысяч до более чем 1,1 млн. ед. Тяжелых снарядов Самарский завод в 1916 г. снарядил 1,32 млн, и плюс 2,5 млн. ручных гранат.
Шлиссельбургский завод Морского ведомства давал к 1916 г. до 400 тыс. пудов тротила, Грозненский завод морского ведомства – 120 тыс. пудов, кроме того к выпуску тротила были подключены 8 частных заводов. Пикриновая кислота до ПМВ выпускалась на двух частных заводах, а уже в 1915 г. – на семи, причем в России был разработан синтетический способ получения пикриновой кислоты из бензола, освоенный двумя заводами. На двух заводах было освоено производство тринитроксиола и двух – динитронафталина.
Общее количество предприятий по выпуску ВВ для ГАУ возросло с четырех к началу ПМВ до 28 на январь 1917 г. Общая их мощность на январь 1917 г. составляла 218 тыс. пудов в месяц, в т.ч. 52 тыс пудов тротила, 50 тыс пудов пикриновой кислоты, 60 тыс. пудов аммиачной селитры, 9 тыс пудов ксилола, 12 тыс пудов динитронафталина. Это означало утроение по сравнению с декабрем 1915 г. Фактически в ряде случаев мощности были даже избыточными. В 1916 г. Россия выработала всего 1,4 млн. пудов ВВ, а импортировала 2,089 млн пудов ВВ (в т.ч. 618,5 тыс. пудов тротила) и 1,124 тыс. пудов аммиачной селитры. В 1917 г. ожидался перелом в пользу собственного производства, а в 1918 г. оценочно должен был быть достигнут объем русского производства ВВ не менее 4 млн. пудов без учета аммиачной селитры.
Еще до ПМВ ГАУ было спланировано строительство Нижегородского завода взрывчатых веществ. Постройка была начата в начале 1916 г. при сметной стоимости 17,4 млн. руб и плановом выходе в год 630 тыс пудов тротила и 13,7 тыс пудов тетрила. К началу 1917 г. были возведены основные сооружения и начат завоз оборудования. Из-за развала все приостановилось, однако позднее при Советах завод уже был введен в действие.
Осенью 1916 г. была санкционирована постройка также Уфимского завода взрывчатых веществ стоимостью 20,6 млн. руб и производительностью в год 510 тыс пудов тротила и 7 тыс пудов тетрила и снаряжательной мощностью в год 6 млн 3-дм. и 1,8 млн тяжелых снарядов, а также 3,6 млн ручных гранат. Из-за революции дальше выбора площадки дело не пошло.
В 1915-1916 гг. был построен специальный Троицкий (Сергиевский) снаряжательный завод близ Сергиева Посада. Стоимость 3,5 млн руб, мощность 1,25 млн. ручных гранат в год, а также выпуск капсблей и запалов. Построено также шесть снаряжательных мастерских по снаяряжению ручных гранат и мин для минометов и бомбометов.
Для получения бензола (для выработки толуола и пикриновой кислоты) в 1915 г. в Донбассе в короткий срок были построены Макеевский и Кадиевский казенные заводы, а также принята программа постройки 26 бензольных частных заводов, из которых к началу 1917 г. были введены 15. На трех из этих заводов получался также толуол.
В Грозном и Екатеринодаре к концу 1916 г. были по контракту с ГАУ организованы частные производства по извлечению мононитротолуола из бензинов мощностью соответственно 100 и 50 тыс. пудов в год. В начале 1916 г. был пущены также Бакинский и Казанский заводы по получению толуола из нефти, мощностью соответственно 24 тыс. (в 1917 г. планировалось увеличить до 48 тыс.) и 12 тыс. пудов толуола. В итоге выпуск толуола в России вырос с нуля до 28 тыс. пудов в месяц к маю 1917 г. Затем в Баку была начата постройка трех частных заводов этого назначения (включая Нобеля), введенных в строй в 1917 г.
Для выпуска синтетического фенола (для выработки пикриновой кислоты) были в 1915-1916 гг. построены четыре завода, давших 124,9 тыс. пудов в 1916 г.
До ПМВ серная кислота вырабатывалась в России в объеме 1,25 млн. пудов в месяц (из них 0,5 млн пудов в Польше), при этом ¾ сырья импортировалось. В течении года с декабря 1915 г. было введено в строй 28 новых частных заводов про производству серной кислоты с увеличением месячного производства в России с 0,8 млн до 1,865 млн. пудов. Добыча серного колчедана на Урале была утроена за полтора года с августа 1915 г.
Азотная кислота вырабатывалась в России из чилийской селиты, объем ежегодного импорта которой составлял 6 млн. пудов. Для выработки азотной кислоты из русских материалов (аммиака) этого была развернута целая программа и в 1916 г. построен опытный казенный завод в Юзовке производительностью 600 тыс. пудов аммиачной селитры в год, по образцу которого планировалась к строительству сеть заводов, из которых успели построить два в Донбассе. Осенью 1916 г. была также санкционирована постройка в Грозном крупного завода цианамида кальция для получения связанного азота.
В 1916 г. было начато строительство крупного Нижегородского завода азотной и серной кислот с выходом 200 тыс. пудов азотной кислоты в год. На реке Суне в Олонецкой губернии был в 1915 г. начат постройкой Онежский завод по получению азотной кислоты по дуговому способу из воздуха. Стоимость этого предприятия составляла нехилую сумму 26,1 млн. руб. К 1917 г. произведена лишь часть работ и из-за развала все остановлено.
Интересно, что главным мотивом ускорения работ по сооружению и модернизации пороховых производств и производства ВВ с 1916 г. являлось откровенное желание избавиться от импорта порохов и ВВ (а также материалов по их производству) «к новому Берлинскому конгрессу» в условиях возможного противостояния бывшим союзникам. Особенно это касается налаживания производдства азотной кислоты, которое прямо связывалось руководством ГАУ с возможностью британской морской блокады в случае конфронтации при будущем мирном урегулировании.
Отравляющие вещества. Освоение выпуска ОВ в России форсированным путем началось летом 1915 г. Первым делом на двух заводах в Донбассе было уже к сентябрю налажено производство хлора, и его выпуск к осени 1916 г. составлял 600 пудов в сутки, что покрывало заявки фронта. Параллельно в Финляндии велась постройка казенных хлорных заводов в Варгаузе и Каяне стоимостью 3,2 млн. руб. суммарной мощностью также 600 пудов в сутки. Из-за фактического саботажа строительства со стороны финского Сената заводы были закончены только к концу 1917 г.
В 1915 г. в короткий срок в Донбассе был построен Глобинский военно-химический казенный завод, сперва выпускавший хлор, но в 1916-1917 гг. переориентированный на выпуск в год 20 тыс. пудов фосгена и 7 тыс. пудов хлорпикрина. В 1916 г. построен и в начале 1917 г. введен Казанский казенный военно-химический завод стоимостью 400 тыс. руб и с выходом в год 50 тыс. пудов фосгена и 100 тыс. пудов хлора. Под производство фосгена были ориентированы еще четыре частных завода, два из которых начали давать продукцию в 1916 г. Хлорпикрин выпускался на 6 частных заводах, хлористый сульфурин и хлористый ангидрид – на одном заводе, хлорное олово – на одном, цианистый калий – на одном, хлороформ - на одном, хлористый мышьяк – на одном. Всего выпуском отравляющих веществ в 1916 г. занималось уже 30 заводов, а в 1917 г. ожидалось подключение еще 11, включая обеих финских хлорных. В 1916 г. было снаряжено 1,42 млн. химических 3-дм снарядов.
Можно еще отдельно написать про производство трубок и взрывателей, оптики, предметов снабжения и пр., но в общем там мы везде видим всю ту же тенденцию – совершенно феерические масштабы расширения военного производства в России в 1915-1916 гг., массовое подключение частного сектора, строительство новых крупных современных казенных предприятий, давших бы возможность еще более грандиозного расширения выпуска в 1917-1919 гг. с реальными перспективами полного избавления от импорта. Михайлов определял сметную стоимость Большой программы строительства военных заводов в 655,2 млн. руб, фактически с учетом ряда других предприятий она была не менее 800 млн. руб. При этом проблем с выделением этих средств не испытывалось, а строительство крупных военных предприятий велось во многих случаях ударными темпами.
Краткие выводы:
1) Россия добилась колоссального и до сих пор недооцениваемого скачка военного производства в 1914-1917 гг. Рост военного производства и развитие ОПК в 1914-1917 гг. были, вероятно, наиболее масштабными в отечественной истории, превосходя в относительных цифрах любые скачки военного производства в советский период (включая ВОВ).
2) Многие узкие места в снабжении и военном производстве были успешно преодолены и к 1917, а тем более 1918 г. русская промышленность готова была в изобилии снабдить русскую армию почти всем необходимым.
3) Разогнанные объемы военного производства и реальные перспективы его дальнейшего наращивания позволяли в 1918 г. русской армии выйти на параметры обеспечения по основным видам сухопутного вооружения (в первую очередь артиллерии), сопоставимые с армиями западных союзников (Франции).
4) Рост военного производства в России в 1914-1917 гг. обеспечивался огромной по масштабам мобилизацией частной и казенной промышленности, а также наращиванием производственных мощностей и строительством новых предприятий, с колоссальнейшим объемом государственных инвестиций в военное производство. Многие из построенных либо начатых в указанный период военных предприятий составили основу отечественного ОПК в своих специализациях на межвоенный период и даже далее. Российская империя продемонстрировала высокие способности инвестированию в военную промышленность и реальные возможности гигантского увеличения мощностей и возможностей РПК в кратчайшие сроки. Таким образом, приписывать такие возможности только Советской власти нет никаких оснований, кроме религиозных. Советская власть скорее продолжала традиции организации и развития русской военной промышленности позднеимперского периода, нежели принципиально превосходила их.
И опытно-конструкторских учреждений, разрабатывающих и производящих военную технику, боеприпасы и оружие.
Перед распадом СССР ВПК состоял из 1100 заводов с числом работающих более 9 млн чел., более 900 научно-исследовательских институтов (НИИ) и конструкторских бюро (КБ), а также армии в составе сухопутных, военно-воздушных, ракетных войск, военно-морского флота, пограничных, а также вспомогательных (железнодорожных, строительных) войск. ВПК обладал собственными космодромами, аэро- и морскими портами, арсеналами, испытательными полигонами с системой лабораторий, мощной коммуникационной инфраструктурой (транспорт и связь). Основная часть ВПК СССР располагалась на территории России и в настоящее время составляет ВПК Российской Федерации.
ВПК частично включает производства других комплексов, например в машиностроении доля оборонных заводов составляет более 60% (табл. 19, рис. 31).
В свою очередь, отрасли оборонной промышленности производят гражданскую продукцию, при этом проводимая на оборонных производствах конверсия увеличивает долю гражданской продукции при сокращении оборонного заказа.
Кратко перечислим основные принципы, определяющие географию отраслей ВПК.
1. Основной принцип - безопасность размещения его производств, учитывая полетное время ракет и авиации из-за границы. Отсюда - размещение наиболее важных центров и предприятий ВПК в глубинных районах страны (Урал, Сибирь).
Таблица 19
Роль межотраслевых комплексов в производстве продукции оборонного назначения
Межотраслевой комплекс | Оборонные производства | Специализированные оборонные комплексы |
Топливно-энергетический | Производство ядерного топлива | Ядерно-оружейный (атомно-оружейный) |
Машиностроительный | Судо-, авиа-, ракето-, танко-, автомобилестроение, производство средств связи, огнестрельного оружия, электроники, электротехники и др. | Авиационно-космический и ракетно-космический |
Конструкционных материалов: металлургический Химико-лесной | Производство композитов, металлических порошков и проката Производство химических реагентов, соединений, пиломатериалов | Химико-оружейный |
Строительный | Цементное и др. производства | Военно-строительный |
Агропромышленный | Перерабатывающие отрасли (производство казеина) | |
Товаров народного потребления и услуг | Производство технических тканей и обмундирования |
2. Принцип дублирования: размещение в разных районах страны предприятий-дублеров. Например, авиационные заводы, выпускающие однотипные истребители (типа «МиГ» или «Су») или бомбардировщики «Ту», размещаются в разных частях страны, начиная от Москвы и Нижнего Новгорода, городов Поволжья (Казань, Самара, Ульяновск) до Дальнего Востока (Комсомольск-на-Амуре).
3. Концентрация производств и научно-производственных объединений ВПК в Москве и вокруг нее, где Россия имеет право на создание и наращивание средств противоракетной обороны.
В Советском Союзе в составе ВПК существовало множество специальных закрытых секретных городов (ЗАТО - закрытое административно-территориальное образование), многие из которых имели особые названия: Арзамас-16, Челябинск-65 и Челябинск-70, Красноярск-26 и Красноярск-35, Томск-7.
В них концентрировались особо важные объекты ВПК. Некоторые из них сейчас становятся перспективными технополисами, в которых разрабатываются новейшие технологии.
Таким образом, главные факторы размещения ВПК: безопасность и сохранение военного потенциала как в мирное, так и в военное время, наукоемкость, высокая квалификация кадров, транспортный фактор.
В составе ВПК выделяются системы отраслей (комплексов). Среди них важным является ядерный комплекс - щит, обеспечивающий безопасность страны. Главными в его составе являются два российских ядерных центра: в Сарове (Арзамас-16) и Снежинске (Челябинск-70).
Само ядерное оружие в значительной мере предназначалось для использования на ракетных системах. Естественно, что ракетно-космическая промышленность стала важнейшим комплексом ВПК. Особенно важно было подготовить научно-техническую базу для космонавтики и ракетостроения. Первые крупные научно-производственные центры были созданы в Подмосковье. Это прежде всего мощная корпорация «Энергия», которая создавалась в г. Королеве (Калининград). Здесь под руководством известного конструктора ракет С. П. Королева с 1946 г. велись работы по созданию баллистических ракет, были созданы искусственные спутники Земли, космические корабли, в том числе «Восток», на котором совершил полет первый космонавт Ю. А. Гагарин. В Москве в Научно-производственном машиностроительном центре им. М. В. Хруничева также создавались баллистические ракеты, долговременные орбитальные станции («Мир»). На базе научных и проектных разработок работают заводы по производству баллистических ракет на Урале (Вот- кинск, Златоуст) и в Сибири (Красноярск), ракет-носителей - в Самаре, Омске. Ракетная техника производится также в Санкт-Петербурге.
Главный военный космодром России, с которого стартовали все основные военные космические аппараты и запускались военные искусственные спутники, находится близ г. Мирный (ст. Плесецк) к югу от Архангельска. Здесь было проведено значительно больше космических запусков, чем с Байконура, правда, с последнего стартовали корабли с космонавтами на борту. Существовал еще один космодром - Капустин Яр - в Астраханской области, превращенный затем в полигон для испытания ракет и боевой техники. В настоящее время создан новый российский космодром - «Свободный» - в Амурской области.
Для управления военно-космическими силами России был создан центр в Подмосковье - г. Краснознаменск (ранее - Голицыно-2), а для пилотируемых космических полетов - Центр управления полетами (ЦУП) в г. Королеве. Близ него имеется Центр подготовки космонавтов - г. Звездный.
Содержание урока конспект урока опорный каркас презентация урока акселеративные методы интерактивные технологии Практика задачи и упражнения самопроверка практикумы, тренинги, кейсы, квесты домашние задания дискуссионные вопросы риторические вопросы от учеников Иллюстрации аудио-, видеоклипы и мультимедиа фотографии, картинки графики, таблицы, схемы юмор, анекдоты, приколы, комиксы притчи, поговорки, кроссворды, цитаты Дополнения рефераты статьи фишки для любознательных шпаргалки учебники основные и дополнительные словарь терминов прочие Совершенствование учебников и уроков исправление ошибок в учебнике обновление фрагмента в учебнике элементы новаторства на уроке замена устаревших знаний новыми Только для учителей идеальные уроки календарный план на год методические рекомендации программы обсуждения Интегрированные урокиЕсли рассматривать организм на клеточном уровне, его структурной единицей...
Переработки — дело добровольное. Имеет ли право работодатель заставить работать...